Так это же… — вдруг осознал гоблиненок, — Вот куда нам нужно будет лезть!
Размеры «сот» были такими же, как и круги, в которые заставляли пролезть детей перед Испытанием.
Повозки, тем временем, остановились посреди пещеры: только середина и была как следует расчищена от битого камня.
— Приехали, — облегчённо сказал Ксорх, сразу начиная обход пещеры.
До размеров пещеры племени она, конечно, не дотягивала и близко, — была меньше в десятки раз, — но всё равно была большой. Дойти из одного конца в другой заняло бы не меньше десятка минут.
Гоблинят, одного за другим, вытаскивали из повозок и опускали на пол. Зур'даха вытащили одним из первых. Он хотел сам спрыгнуть с бортика, но один из Охотников уже подхватил его и ссадил.
Зур'дах размял затекшие ноги, попрыгал на месте и прошел пару шагов взад-вперед. Снова стать на твердую поверхность было приятно.
Может, посмотреть, что внутри? — мелькнула у него мысль и он решил заглянуть туда, в эти норы.
Но едва он сделал десяток шагов к стене как его остановили:
— Эй! Ну-ка, к стене не подходить! — окликнул его один из Охотников, заметив его движение.
— И вы! Не отходить! Всем держаться вместе! — это он рявкнул уже на остальных детей, которые, как и Зур'дах, начали разбредаться по пещере, — Стойте, где вас поставили. Тут может быть опасно.
Зур'дах вернулся к телегам, к ящерам. К остальным.
Дети быстро собрались вокруг телег. Но дыры рассматривали все. Почему-то на одной стене были белые кресты над ними, а на другой — красные. А еще гоблиненок заметил много обрушившихся или заваленных ходов.
И что эти цвета значат? Красный — хорошо, а белый — плохо? Или наоборот?
Один из Охотников остановился у стены и, засунув голову внутрь дыры, прислонил ухо к камню. Пару мгновений он вслушивался к чему-то с напряженным лицом.
— Что у тебя, Фар? — спросил Ксорх, закончив осматривать свою часть стены.
— Да так… — пробормотал тот неуверенно, — Вроде послышалось что-то…
Остальные, тем временем, стояли возле стен и что-то пересчитывали.
— С моей стороны одиннадцать ходов завалилось. — сказал один из молодых Охотников, Кархен.
— У меня тоже больше десятка! — крикнул кто-то с противоположной стороны пещеры.
Ксорх после этих слов встал перед стеной слева от входа и начал было считать, но скоро перестал.
— Да неважно — дыр тут хватит на всех. Стройте детей. Начинаем.
Охотники начали выстраивать детей в одну длинную линию. Зур'даха тоже вытолкнули вперед, не церемонясь.
Глава 12
— Входов ведь стало больше? — тихо поинтересовался второй по силе охотник, Хрус.
— Еще бы не стало — и слепому видно, что новые прогрызли, — ответил Ксорх, — Но использовать мы будем только старые ходы.
— Пускать как обычно?
— Да, по десятку за раз. Раздайте кинжалы. — скомандовал Ксорх.
Охотник достал из повозки сверток и начал раздавать одному ребенку за другим костяные кинжалы.
Получил свой кинжал и Зур'дах.
— Это вам для защиты и, главное — для того, чтобы срезать цветок.
— А почему кинжалы костяные? — придирчиво осмотрел оружие один из мальчишек.
— Если его срезать камнем или металлом — растение гибнет, поэтому костяные.
После этого Ксорх стал прямо перед ними и на пару мгновений умолк.
— А теперь самое важное. Эти тоннели будут вилять, подниматься, опускаться, но в конечном итоге приведут вас в пещеру. В пещеру с цветами, которые вам и нужны. Выглядят они вот так. — В его ладони появился черный засохший цветок.
— Вам нужно добежать до кустов, на которых растет этот цветок и срезать один. Если видите, что успеваете срезать два — срезайте два. Всё понятно?
Дети молча кивнули.
Зур'дах подозрительно прищурился. Звучало всё совсем несложно.
— К самому растению, на котором растет цветок НЕ ПРИКАСАТЬСЯ! Если хотите выжить, конечно. Более того, ни к одному растению в пещере лучше НЕ ПРИКАСАТЬСЯ! Обходить, обступать, перепрыгивать, срезать цветок — и обратно, бежать. Ясно?
Дети вновь кивнули.
— Теперь ты… ты… ты… и ты — за мной! — Ксорх быстро отобрал десяток детей, которые последовали за ним к стене. Остальные по-прежнему оставались стоять возле телег.
Зур'дах напряженно всматривался в дыры. Задание было понятным. Вот только… Если бы всё было так просто, то из пятидесяти детей не возвращалось бы меньше десятка.