Может… показалось? Может он просто потерял сознание?
Зур'дах приложил руку к сердцу мальчика.
Не бьется!
В груди Зур'даха похолодело, а по спине пробежали тысячи мурашек. Стало страшно, а внутри появилось неприятное, брезгливое ощущение.
Уже чуть осторожнее гоблиненок вновь подергал мальчишку и еще раз прислушался к его сердцу. Оно не билось.
Зур'дах сел спиной к стене и застыл, потерянный еще больше, чем раньше. На какое-то время мертвый соплеменник выбил его из себя. Он был вот тут, совсем близко, и буквально умер у него на руках.
Мертвый гоблиненок лежал рядом и таращил свои пустые неподвижные глаза в потолок. В какой-то момент Зур'дах просто закрыл их, чтобы не встречаться с этим вызывающим дрожь взглядом. А после спрятал светляка.
Но так стало еще страшнее и он понял, что не может тут больше оставаться.
Надо идти!
Зур'дах приподнялся и, достав светляка, двинулся вперед. Теперь его тут ничего не держало. Пока мальчишка был жив — что-то внутри не давало ему уйти от раненого, теперь же… Теперь мертвый гоблиненок избавил его от всех терзаний. Ему было уже ничем не помочь.
С каким-то необъяснимым чувством вины он двинулся вперед. Оглянулся раз, второй. И оглядывался он еще долго — просто чтобы убедиться, что ему всё это не показалось, что гоблиненок действительно мертв. Откуда появилось это въедливое чувство вины — он не знал. Постоянно казалось, будто мертвый мальчишка окажется вполне себе живым, и, очнувшись, осознает себя одним в тоннеле, и начнет звать на помощь, проклиная бросившего его Зур'даха. Поначалу постоянно хотелось вернуться и проверить — как он там, но гоблиненок переборол это и шел дальше.
Тоннель был тих, его безмолвность нарушали только шаги Зур'даха. Никаких криков, зовов о помощи, стонов боли… Ничего. Тишина.
Шаг… Еще шаг…
Десятки шагов переходили в сотню, а сотня — в тысячу. Из мыслей успел исчезнуть мертвый гоблиненок, и теперь Зур'даха волновали реальные опасности.
Ступал Зур'дах тихо и осторожно. Назад теперь не оглядывался. Только прислушивался. Тоннель казался бесконечным.
И долго еще идти? И вообще… Как долго я иду?
Собственные ощущения подсказывали гоблиненку, что времени прошло не так много — всего лишь несколько часов, но те же ощущения говорили о том, что бредет он бесконечно долго.
Какая разница? Надо просто идти вперед!
После часа пути, Зур'дах приостановился. Уже долгое время он поддерживал один темп и не снижал его. Но сейчас что-то изменилось.
Внутри появилось странное, вибрирующее словно струна ощущение.
Гоблиненок судорожно сглотнул и оглянулся, но, несмотря на свет светляка, ничего не увидел. Потом он застыл и начал всматриваться вглубь тоннеля.
Ничего…
Осторожно он двинулся дальше — медленно и внимательно. Однако странное ощущение никуда не исчезало. Более того, вдобавок к нему появился тревожный холодок, пробегающий по спине.
Ветер? — Нет! За мной кто-то следит.
Осознание этого пронзило его мозг и он инстинктивно застыл.
Оглянуться или нет?
Уши напряглись. Кинжал и так был в руке, готовый к схватке.
То, что тварь позади опаснее сороконожек чувствовалось каждым волоском тела, которые встали дыбом от напряжения и страха.
Бежать?
Как далеко он убежит? И скоро ли появится выход?
Зур'дах медленно двигался вперед, ничем не выдавая того, что он ощутил чужое присутствие.
Стойкое ощущение, что за ним кто-то крадется, не покидало его.
Зур'дах еще долго не решался бы ни обернуться, ни побежать, но дунуло холодным ветерком, как от движения тела достаточно крупного существа, и он… инстинктивно оглянулся. Глаза рефлекторно стали видеть всё в тусклом спектре и гоблиненок сразу заметил тварь, его преследующую.
Поняв, что ее обнаружили, тварь метнулась к нему, а гоблиненок увидел горящие желтым большие глаза. Гипнотические глаза, заставляющие добычу застывать в немом оцепенении.
Змея! — моментально понял он, видя длинное толстое тело.
Расстояние между ним и существом было в десяток шагов, поэтому пару мгновений у него было. И он сразу рванул вперед.
Бежать!
Другой мысли в голове не было.
Бежать! Бежать! Бежать!
Он понял сразу, что с такой большой тварью не справится и тело отдавало в мозг только один приказ — бежать, бежать как можно быстрее.