Это может стать проблемой. В будущем. — подумал Ксорх.
— Половина убита… — безэмоционально сказал шаман, — Необходимое количество спаслось. Минимум должен быть обеспечен. Всё хорошо.
Охотники облегченно выдохнули.
Конечно, никакой гарантии того, что выжившие в пещере дети доберутся обратно в целости и сохранности, не было. Оставалось уповать лишь на то, что необходимая часть детей всё же благополучно пройдет тоннели.
Глаза старого шамана открылись неожиданно. Ксорх аж вздрогнул.
Встал старик со второй попытки. Слияние с сознанием крысы всегда его сильно выматывало и с каждым годом всё сильнее.
Похоже, — подумал Ксорх, — Скоро нам понадобится новый шаман.
— С пробуждением. — поздравил его Ксорх.
Тот лишь махнул рукой. Ему было не до приветствий. Старый гоблин только вернулся в свое тело, которое плохо слушалось, поэтому некоторое время он расхаживал взад-вперед, разминая затекшие члены.
А после пошел период ожидания. Крыса уже вернулась, а это значит, что через час-другой начнут возвращаться первые дети.
Так и случилось. Спустя три часа один из охотников, дежурящих у стены, навострил уши и приготовил копье к бою.
Остальные насторожились одновременно с ним.
С громким звуком из дыры, на высоте нескольких локтей, вывалился первый малец. Охотник успел его подхватить.
Мальчишка тяжело дышал и был весь в крови и ссадинах. Типичная картина для тех из детей, кто возвращался с Испытания.
Шаман, пристукивая по полу палкой на каждом шагу, подошел к мальцу и протянул руку.
— Цветок. — требовательно проговорил он. Его волновало только это. Остальное было неважно. Что делали с теми детьми, кто не принес цветок? — Отправляли обратно. Вот только все понимали, что это дорога в один конец. После такого никто и никогда не возвращался.
Мальчишка сначала пребывал в прострации, а затем вытащил из складок одежды немного помятый, но целый цветок забвения.
— Хорошо-хорошо… — проговорил шаман, поднимая цветок и любуясь им. После чего почти сразу спрятал его в мешочек на поясе.
Теперь, время от времени, из разных частей стен вываливались гоблинята. Их набралось уже шестеро, и все шестеро принесли цветки, что не могло не радовать старого шамана. Хотя цветков было уже достаточно, даже с запасом, надо было ждать. Свой еще не вернулся.
Наконец послышался шум и из дыры вывалился очередной гоблиненок.
Теперь уже вздохнул с облегчением один из молодых охотников — ребенок был свой, из их семьи. Шарх.
Мальчик быстро передал бутоны шаману и стал возле остальных гоблинят. Ран на нем было значительно меньше, чем на остальных, да и сам он был доволен собой. Немного улыбался и начал пересчитывать сидящих в телеге детей.
— Ну что? — спросил шамана Ксорх, — Будем двигаться? Думаю, мы подождали достаточно. Все, кто мог выжить — выжили.
Старший Охотник хотел побыстрее покинуть это место, пока, не дай боги, ребенок Айры не вывалился из прохода. Если они уедут сейчас, даже если он появится — ему тут не выжить.
Ответить ему шаман не успел, потому что как раз в этот момент один из охотников вновь насторожился и тихо сказал:
— Кажется еще один…
И действительно… Через десяток мгновений из дыры вывалился совершенно обессиленный…
Вот дерьмо! — подумал Ксорх, от едва сдерживаемой ярости скрипнув зубами.
Вывалившимся ребенком оказался, будто назло, Зур'дах, сын Айры, которого тут же поймал молодой охотник, не дав грохнуться на пол.
Встать самостоятельно мальчишка не мог. Не было сил.
Ксорх смотрел на гоблиненка и бесился.
Что ж ты, мелкий ублюдок, не сдох где-то по дороге? Вылез в последний момент!
Вылези он на десяток минут позже — и их отряда уже тут не было бы. Доли мгновений решили его судьбу.
— Без сознания. — констатировал охотник, перенося мальца на телегу.
— Цветок? — спросил шаман.
Может у него нет цветка?
Охотник быстро пошарил в одеждах гоблиненка, нашел цветок и протянул старику, чем оборвал последние надежды Ксорха оставить мальчишку тут.
— Вот. Может еще подождем?
Ксорх, и так злой, отрезал:
— Нет! Достаточно! Кто выжил — тот выжил. Пошустрее надо быть.
Сборы были быстрыми. Закинули всех детей в телеги и тронулись.
Ксорх злился. Мальчишка выжил и Айра, конечно, будет довольна.