Лёгкий наклон бутылки — и губы окунулись в синюю жидкость. Но, сама не заметив, она их плотно сомкнула.
Открой губы. Давай, просто глоток — и всё закончится.
Миг сомнения вернулся.
Глотать или не глотать?
Взгляд упал на спящего Зур'даха, а потом рука дотронулась до лица… Последнее перевесило.
Сердце начало разгоняться, биться всё быстрее и быстрее. Айра сейчас слышала в ушах только этот бой барабана. В глазах от резко нахлынувшего страха потемнело.
Бум! Бум! Бум!
Сейчас или никогда.
Губы, дрожа, открылись. Глаза она закрыла, чтобы не видеть ничего вокруг.
Жидкость потекла внутрь. Медленно и неумолимо, тонким холодным ручейком.
Айра начала дрожать. Не от действия зелья, нет. Это был страх тела, которое не хотело умирать. Айру начало сильно колотить. Она сразу быстро легла. Ни сидеть, ни стоять Айра была уже не в состоянии. Жидкость морозила внутренности. Холод начал разрастаться где-то внизу живота. Зубы бешено отстукивали.
Холодно. Очень холодно. — подумалось ей.
Дикая слабость сковала всё тело. Не хотелось шевелиться. Глаза закрывались. От холода она укрылась покрывалом.
Неужели это случится сейчас? — подумала она, — Может это не то зелье? Может не подействует? Может я ошиблась?
Пару секунд было очень страшно, потому что-то тут то там пространство затягивалось сгустками тьмы.
В сердце кольнуло.
Действует! — вдруг отчетливо осознала она.
И это вдруг испугало Айру до дрожи. Еще пару мгновений она думала, что ей кажется, что зелье недостаточно сильное, что оно не сработает. Но отнявшиеся вдруг ноги заставили ее осознать эту жуткую мысль, — она умирает.
Резко захотелось отмотать всё назад. Захотелось выбросить к тшаркам это сраное зелье. Захотелось не пить его. Захотелось вернуться на минуту назад и перебороть себя, преодолеть эту минутную слабость, которая привела к такому глупому решению.
Не хочу! Не хочу!
Вдруг захотелось до боли в сердце жить. Хотелось всё вернуть обратно. Обратить вспять по-глупости принятое решение.
Зачем я это сделала? Дура! Дура! Зачем поспешила? Не надо было!
Но это был почти последний всплеск столь сильных мыслей. Через секунду мыслительные процессы в голове внезапно потеряли свою четкость, а эмоции болезненную остроту.
Стало вдруг спокойно как никогда. Исчез страх, как и всё остальное. Мгновения начали медленно растягиваться, словно время и вселенная вдруг дали Айре чуть больше времени, чтобы охватить взглядом этот ускользающий мир.
Сильно, почти как в самом раннем детстве захотелось спать. Когда как ни пытаешься, не можешь сопротивляться этому всепоглощающему желанию.
Ноги отмерзали, а потом и руки… Через пару мгновений и всё тело перестало ощущаться. Оно перестало быть ее телом. Айра и ее тело стали отдельно. Разделились навсегда.
Она проваливалась в какую-то бескрайнюю звездную тьму. Это было похоже на сон, только в десятки, в сотни раз глубже: до полного погружения, когда ныряешь в воду, а вынырнуть не можешь, и с каждым мгновением уходишь всё глубже и глубже. Сопротивляться не хотелось.
Появилось какое-то новое, незнакомое ощущение. Оно раз за разом сотрясало душу. Ее душа распадалась на части, разрушаясь.
Дух Айры захватил какой-то бесконечный восторг свободного падения, когда страх и восторг переплетаются воедино и от которого захватывает дух.
Но всё это резко пропало. Никаких звезд, никакого падения. Ничего. Только тьма, из которой нет возврата.
Сердце Айры перестало биться.
Наступила мертвая тишина.
Зур'дах проснулся разбитым и с ощущением, будто его разобрали на маленькие кусочки, да так и не собрали.
Болела каждая часть тела. Снилось ему разное: и лианы-убийцы, и странные пауки, которые следили за ним исподтишка, да всё не нападали, и… Испытание… и черные жгучие капли, и Ташка и… паук внутри него.
Вдруг он резко встал. Это был совсем не сон. Всё произошло в действительности. Он помнил.
Я выжил.
Правая рука, которую он поднес к глазам, подтвердила это. Знак стража был на месте. Он улыбнулся.
Может хоть теперь от меня отстанет сраный Саркх?..
А потом он понял, что не отстанет. Для него, будущего Охотника, ничего не изменилось. По крайней мере, пока он не вырастет и не станет настоящим Стражем. Может только тогда…