Живот скрутило от острейшего желания есть. Зур'дах поднялся. В шалаше было непривычно холодно, и он поёжился.
— Бррр….
Обычно внутри горел костер и было тепло, даже душно, но сейчас он был потухшим. Причем давно.
Зур'дах осмотрелся. Мать, свернувшись калачиком, спала. В шалаше стало вновь чисто. Всё лежало на своих местах. Пройдя несколько шагов он понял, что сил слишком мало. Поискав глазами еду он не нашел ее. Подошел к столу и к небольшим корзинкам, в которых хранилась еда, или ее остатки. Обшарив корзинки он ничего не нашел.
Еда закончилась…
Как не хотелось ему будить мать, острые рези в желудке были слишком сильны.
— Мам?
Похоже, крепко спит…
— Мам?
Зур'дах вздохнул. Придется будить. Он надеялся, что она не слишком крепко уснула и проснется как он ее позовет, как это было обычно. У нее всегда был чуткий сон: стоило позвать, как она тут же открывала глаза. Гоблиненок осторожно к ней подошел. Не хотелось будить маму резко. Он легонько встряхнул ее за плечо, прикрытое меховой накидкой.
Накидка сползла с плеча.
Гоблиненок еще раз дотронулся до плеча, но в тот же миг его тело будто чем-то прошибло.
Мама была холодной.
Не может быть….
— Мама, ну встань. — сказал он не то, что хотел. Совсем не то что хотел. Слова вылетели будто мольба.
Страшная мысль вмиг пронзила его мозг, который отказывался принимать ее словно какую-то нелепость.
Его руки безвольно обвисли, словно тряпки, вмиг потеряв силы.
Нет…
— Мама, ну давай, вставай. — толкнул он ее сильнее, собравшись с духом.
Тело лишь слегка качнулось.
Стиснув зубы, чтобы придать себе решительности, он дернул маму на себя. Дернул сильно. Слишком сильно.
Она перевернулась лицом к нему. Видно было только глаза и губы, всё остальное всё так же замотано. Только вот на губах запеклась какая-то застывшая синяя пена.
У Зур'даха задрожали ладони, руки, коленки. Резко затошнило.
— Нет-нет-нет… Неправда… Не может быть… — испуганно и ошеломленно прошептал он, вновь дотронувшись до холодного и жесткого тела матери.
Что делать, что делать?
В голове была паника и растерянность. По щекам текли редкие слезы. А в мыслях царил полный хаос. Его дергало в разные стороны.
Может ей просто плохо?
— Мам… мама. Ну давай… Ну встань… Пожалуйста… Не спи… Перестань… — задергал он её тело, но оно лишь лежало таким же тяжелым и неподвижным.
На него что-то нашло и он начал трясти маму изо всех сил. Слёзы хлынули сильно как никогда.
Зур'дах пришел в себя через минуту. Когда в руках совсем не осталось сил.
Что я делаю?.. Надо позвать на помощь… Прямо сейчас!
Мысли заметались в голове, как испуганные животные в запертой клетке.
Надо кого-то позвать? Кого? Знахарку? Ксорха? Драмара?
Драмара! Старик поможет… Быстрее!
Он верил только этому странному старику. Только Драмару. Он лечил маму.
Уцепившись за эту мысль, он вскочил и побежал. Выскочил из шалаша и рванул в сторону изгоев, не разбирая ни дороги и не видя ничего перед собой. Какие-то предметы, гоблины, жилища мелькали вокруг, а ноги сами несли его на окраины.
Главное — позвать кого-то взрослого. Нет, не просто взрослого. Драмара. Надо его найти. Он поможет. Он и тогда помог.
Кажется, он в кого-то врезался… Потом еще раз. Его развернули. Попытались схватить, что-то крикнули вслед. Но он вырвался и побежал куда надо. Дыхание перехватывало от быстрого бега, ноги отяжелели.
Он где-то там… На окраинах.
Надо только найти его побыстрее, пока не поздно. Побыстрее.
Быстрее…
До сознания Зур'даха еще полностью не дошло, что уже слишком поздно, что изменить ничего нельзя.
— Мертва. Давно.
Голос Драмара звучал ровно, но даже в нем чувствовалась какая-то грусть и окончательное разочарование.
— Как? Как так? Не могла же она просто взять и. — Зур'дах не смог закончить предложение. Слезы безжалостно душили.
Некоторые слова, которые он хотел сказать, горло просто не пропускало. Отказывалось произносить. Сразу возникал огромный ком. Жесткий, непроходимый, заставляющий почти задыхаться, когда он хотел произнести некоторые слова.
— Она отравилась. — безжалостно вынес вердикт Драмар, внимательно осмотрев его маму, понюхав ее рот и подняв бутылочку с синей смесью, — Сама.
— Я не верю! Мама бы так не сделала. Не верю! — Зур'дах крикнул эти слова в лицо Драмару, и добавил: — Ее кто-то отравил. Не она сама. Она не могла. Моя мама бы не смогла.