После таких вот, казалось бы бессмысленных занятий, — рисовалось лучше. Рука расслаблялась в нужные моменты, а голова словно очищалась от лишних мыслей, сосредотачивая всё внимание исключительно на выводимой рукой линии.
Зур'дах не сразу заметил, как вокруг собралась привычная четвёрка — трое мальчишек и Кая. Теперь, когда вокруг никаких опасностей не было, он не шарахался от каждого шороха и постороннего звука.
Кая вновь упросила, чтобы он нарисовал её первой. Отказать ей он, конечно же не мог.
С каждым разом ее изображение получалось всё лучше и лучше, подробнее, детальнее, всё потому, что её лицо уже отпечаталось в его голове.
Краем уха он услышал шепоток Кайры — она тоже незаметно пришла. Он улыбнулся. Может, и её удастся сегодня нарисовать.
А потом… Потом он услышал те голоса, которые искренне ненавидел.
Саркх!
Саркх и его мерзкие дружки.
Глава 24
Часть 2
Рука застыла, не доведя линию до конца, а сам он резко обернулся.
Увидев Саркха через несколько недель после того, как ему сломал руку Драмар, Зур'дах вдруг понял, что ненавидит его по-прежнему, если не сильнее. Ничего не изменилось.
— Кайра! — будто бы удивленно воскликнул Саркх, — А ты что тут делаешь? Среди этих… отбросов.
Его лицо брезгливо скривилось, как будто он съел что-то кислое и гадкое до невозможности.
Кайра, как показалось Зур'даху, в момент засмущалась.
— Меня сюда Прата посылает, за ингредиентами.
— Прям сюда-сюда? — насмешливо переспросил Саркх.
С каждым словом он приближался всё ближе. И теперь стал напротив жилища Драмара, рассматривая рисунки Зур'даха. Он хотел сначала посмеяться над ними, как делал уже не раз, но вдруг с каким-то внезапным ошеломлением осознал, в рисунках что-то изменилось! В них изменилось всё, понял он еще через мгновение. Перед Саркхом стояли будто живые лица — такого он никогда не видел прежде.
Этот сопляк умеет так⁈ Не может этого быть! Это нарисовал кто-то другой. Какой-то взрослый, но точно не этот сопляк, — мысли мелькали в его голове одна за другой.
Однако, затем его взгляд наткнулся на что-то до боли знакомое. Необычно красивое лицо. Ненавистное лицо.
Мать этого ублюдка, — чуть не взревел он вслух, — Мертвая тварь!
Его на мгновение пробрало дрожью. Сколько мать выплескивала на нем самом злость и ненависть из-за того, что отец постоянно шлялся к этой твари, постоянные побои, вся грязная работа, ругательства, и вновь побои, и все это несмотря на то, что он не был худшим из ее выводка. Он направился к этому рисунку с единственной целью — стереть его ногой так, чтобы осталось одно размытое пятно.
Не смей! — только хотел крикнуть ему Зур'дах, как совсем неожиданно его опередил другой голос.
Голос Кайры.
— Не трогай. — решительно сказала она, и стала перед ним, загораживая рисунок.
— Что? — довольно ухмыльнулся Саркх, — Защищаешь этого слабака? Надо же… Уйди! А то силой сдвину.
Он угрожающе поднял обе руки.
Однако Кайра не сдвинулась.
Хоть Зур'дах уже покрыл рисунок тем раствором, который дал ему Драмар, и рисунок уже не так просто было стереть, однако все равно рванул к Саркху. Нога этого урода не должна коснуться лица матери. Ни одной черточки рисунка. Даже близко. Со всей скоростью, на которую был способен, Зур'дах вскочил перед Саркхом и Кайрой.
— Уйди. — жестко сказал он.
Но увидев, что никакой реакции на его слова не последовало, вспыхнул как пламя костра.
— Уйди!!! — вскричал он через мгновение, и лицо его перекосилось от бешеной, ничем не сдерживаемой ярости.
Сейчас он не боялся Саркха. Он и раньше его не боялся. Но сил дать отпор тогда не было, разница между ними слишком велика, а вот сейчас… Сейчас он уже не так слаб. И силы у него уже были, он это чувствовал.
— Не уйду. — коротко заявил он, и легко, почти играючи отодвинул протестующую Кайру, а его нога начала медленно опускаться к рисунку.
Медленно для Зур'даха.
Ярость хлынула по всему телу гоблиненка. И впервые, без какой-либо непосредственной опасности активировались глаза, всего лишь в ответ на запредельную концентрацию негативных эмоций.
Глаза почернели, как они не чернели еще никогда. Заблестели переливами цветов, стали густой, непрозрачной жидкостью.