Гоблиненок хоть шел позади, но раньше остальных детей заметил шевелящиеся камешки-камнекрабы. Драмар почти в тот же миг поднял руку останавливая отряд.
— Так-так-так… — пробормотал он, всматриваясь в тоннель впереди. Мелочь, заметившая что на них обратили внимание — перестала шевелиться, маскируясь под обычные камни. И издали было не отличить.
Они сделали чуть больше двух десятков шагов и оставили мелких камнекрабов за спиной; вот теперь, проходя мимо, Зур'дах рассмотрел всех их, в кучах их пряталось больше сотни. Вблизи, они не могли обмануть его острого зрения. Зарытые в пыль и щебень, застрявшие между камней, они иногда все же приоткрывали глаза и с любопытством следили за проходящим мимо отрядом гоблинов.
— Зур'дах, — подозвал его скоро к себе Драмар.
Он подошел.
— Свои глаза, — чуть тише сказал он, — в бою не используй.
— Почему? — вырвалось у Зур'даха.
Свое новое, измененное зрение, он считал главным оружием — именно оно уже несколько раз спасало его в критических ситуациях.
Старик объяснил:
— Потому что на сильных тварей оно действует как мощный раздражитель. Понял? Они могут просто дружно кинуться на тебя и никто спасти не успеет. Ты сам видел как работает кровь внутри нас: отпугивает слабых, привлекает сильных. Со слабыми мы справимся, а сильных… Сильных не надо притягивать и провоцировать.
Мальчик кивнул и старик отпустил его сказав напоследок:
— Защищай девочек, если вдруг что…
Зур'дах оглянулся на Каю и Кайру. Змейки обеих соскользнули с хозяек, и отправились на охоту. Через десяток мгновений они уже вернулись обратно, неся во рту по небольшому камнекрабу.
— Вперед. — скомандовал старик, после этой небольшой остановки
Змейки тем временем продолжали ускользать на охоту — для них, похоже, это было забавой, так как добычу они не ели, просто приносили хозяйкам.
Раз на пятый такой отлучки, старик недовольно потребовал:
— Кая, Кайра! Держите змей при себе, места опасные. Их просто сожрут, моргнуть не успеете.
Тем пришлось успокоить змеек, и спрятать под изрядно потрепанные накидки.
В течение десяти минут пути, во время которых то слева, то справа дети замечали мелких камнекрабов, никто на них так и не напал. Никакой реальной опасности Зур'дах пока не заметил и кровь, поначалу вскипевшая, — успокоилась, даже особо крупных тварей нигде не наблюдалось. Об этом гоблиненок и спросил Драмара.
— Это ни о чем не говорит: до поры до времени они прячутся и выжидают. Мы должны этим воспользоваться. Я чувствую вблизи воду, а нам неплохо бы пополнить ее запасы до того как на нас нападут.
— А на нас нападут? — спросил Инмар.
— Я в этом не сомневаюсь.
Старик стал заметно тише и осторожнее идти, даже перестал постукивать своим посохом-клешней. Ставил его на пол мягко и неслышно. Вскоре по дороге им попалось несколько лужиц с чистой водой, довольно глубоких, наверное по локоть. Там плавали странные верткие червеобразные создания, но старик сказал что брать воду можно.
— Набирайте быстро, только без червей, — оглядываясь сказал он, — И сразу вперед.
Дети за пару минут справились с этой задачей.
Зур'дах даже успел умыться и сполоснуться этой холодной водой, отложив в сторону неудобную корзину. Сейчас она вновь потяжелела от заполненного до краев бурдюка. Старик, стоя на страже, дал им немного времени просто посидеть и отдохнуть, но довольно скоро показал знак собираться.
Зур'дах вновь взвалил на себя тяжелую корзину.
— Фуф. — выдохнул он, делая первые шаги, которые всегда давались тяжело: корзина так и норовила опрокинуть гоблиненка назад, на спину. Надо было только удержаться крепко на ногах в первые мгновения, а дальше всё… только иди вперед и не останавливайся. После этого первого за неделю полноценного пополнения воды они шли без остановок целый час. Зур'дах уже подумал, что старик рано и зря предупредил их об опасности.
Озерца как с черной жидкостью, так и водой кишащей червями уже закончились. Тоннель стал шире на десяток шагов и теперь составлял в ширину шагов тридцать, а то и больше. Чаще стали встречаться разбросанные и вывороченные из пола камни. Какие-то были расколоты на куски, какие-то целы, но почти на всех были засечки, будто кто-то с огромной силой царапал камни, оставляя глубокие борозды.
Старик замер, глядя на всё это.
— Камнекрабы… — сказал он, указывая на один крупный, и особенно исцарапанный камень.
— Так они точат клешни — об камни, — пояснил он детям, указывая на булыжники с бороздками.