Старый дроу, не прекращая разговаривать, обследовал каждого из детей и особенно пристально рассматривал руки Зур'даха. Ни единого слова гоблиненок не понимал.
О чем они говорят?
Ему резко захотелось спрятать их подальше от этого настырного старика. Однако, пошевелить рукой он не мог, — хватка у дроу была железная.
Оба дроу долго переругивались и Зур'дах было подумал, что они друг на друга набросятся, однако голос из строения заставил их умолкнуть. На втором этаже дома показался молодой дроу с женщиной.
И вот тут гоблиненок понял, что остальные дроу были… обычными, а вот этот…
Пожалуй, из всех виденных дроу он единственный поразил Зур'даха какой-то утонченной и злой красотой. Появившись на пару мгновений и сказав что хотел, он так же быстро исчез внутри и за ним всколыхнулся полог.
Вскоре старик что-то пробурчал и тот самым дроу, который привез всех их засиял довольной улыбкой. Хотя как улыбкой, — это был скорее хищный оскал.
Впрочем, Зур'дах уже в этой время интенсивно крутил головой, рассматривая место где они оказались. Пещера….огромная пещера. Вот только рассмотреть он ее не мог. Закрывали каменные строения, расположенные всюду. Однако высота свода пещеры впечатляла. Между строениями прохаживались другие дроу, тоже вооруженные. А вот чего Зур'дах совсем не ожидал увидеть, так это других гоблинов. На мгновение он подумал, что ему почудилось. Однако Кайра и Саркх, стоящие по бокам, его тоже ткнули, обращая на это внимание.
Гоблины не подходили к особняку дроу и площади вокруг него, но тоже с нескрываемым интересом поглядывали на новоприбывших и шли по своим делам дальше.
Значит, гоблинов еще много. Значит не только наше племя существует, как и говорил Драмар. — подумал Зур'дах.
Жаль Драмар этого не видит.
Однако, было еще кое-что. На всех гоблинах были металлические ошейники, и вот это уже Зур'даху совсем не понравилось, а еще их походка… они шли полусогнувшись и будто в ожидании невидимого удара. Как… рабы!
ДРоу со шрамом, который их привез, тем временем получил из рук старого тугой кошель и, подбросив его в руке, словно взвешивая, вспрыгнул на ящера и вместе с напарником медленно двинулся прочь, махнув на прощание всем рукой и крикнув пятерым гоблинятам на их языке:
— Не сдохните в своей первой Яме.
Зур'даху стало немного страшно. Пока они ехали, ни о чем кроме собственной тошноты и разбитого тела он не думал. Сейчас же… у них опять меняется жизнь, и снова не по их воле, а по воле случая. В том, что он окажется у дроу и его….продадут вместе с соплеменниками, он и представить не мог. А то, что их продали было даже ему понятно. А внутри ежесекундно всплывал только один вопрос:
Что дальше?
Вот купили их, и что они делать будут? Для чего нужны дроу дети?
Стражники ушли и на площади перед особняком остались только дети и старый дроу. Он вложил пальцы в рот и громко и звонко свистнул. Уже секунд через двадцать к нему прибежал огромный гнолл. Зур'дах смотрел на него и не верил. Даже высокого старика дроу эта тварь была выше головы на две, а выглядел он просто как гора чистых мускул. Подбежав он рыкнул, отчего почти все дети чуть не присели, и подбежал к старику, виляя коротким хвостом.
— Секунду Сурх.
— Итак, мальцы, — обратился дроу к детям, не обращая внимания на гнолла возвышающегося за его спиной, будто это был маленький щенок.
Когти на руке старика были острыми и длинными, будто он специально их затачивал; он наклонился к детям и постучал по голове каждого из гоблинят. Кайра дернулись, а вот остальные будто оцепенели, находясь под взглядом опасного хищника и не рискуя даже шевельнуться.
— Запоминайте, маленькие выродки. В глаза не смотреть.
Тыльной стороной ладони он ударил единственного, кто рискнул смотреть в черные глаза дроу, — Зур'даха.
Щеку обожгло болью, а лицо рефлекторно дернулось. Гоблиненок ощутил как по щеке потекла кровь.
— Не смотри на него. — прошептала тихо Кайра и дернула его за руку. — опустил взгляд, хотя боль не была такой уж сильной. Видимо, это должно было быть унижением.
— Правильно девочка говоришь. Просто не до всех доходит сразу. Вы теперь рабы, и смотреть можете только в пол, ясно?
Говорил он на понятном им гоблинском языке, причем без малейшего акцента.