За что сразу поплатилась.
Зур'дах разогнал копье и оно самым кончиком, наискось чиркнуло по глазу твари.
— Аррррр!!!
Тварь взревела, взрыв лапами песок и начиная рвать его вправо-влево, разбрасывая.
Ее ранили в единственное чувствительное место.
Стоп! Не единственное! — вдруг вспомнил гоблиненок. — Однорукий говорил, что нос у них тоже довольно уязвим.
Хоть ее нос и выглядел каменным, Зур'дах тут же решил попробовать свой замысел. Увернувшись несколько раз от беспорядочно летящих в него лап, он чиркнул по носу.
Тот оказался крепким, да, — но не настолько, как шерсть. На нем показалась капелька крови. И твари это вновь не понравилось. Она буквально взвилась на десяток локтей вверх с места и отпрыгнула назад, злобно зашипев.
Зур'дах же рванул к ней. Хоть камнелапому и было больно, он как хищник вдвое, а то и втрое превосходящий размером противника, принял бой не сбегая. Да, правый глаз кровоточил и кот им плохо видел, но это не мешало ему полосовать перед собой воздух и громко рычать. Возможно, кого-то бы подобный рык испугал, но Зур'дах видел в этом проявление страха. Если тварь не знает что делать — она рычит или пищит. Поэтому он продолжил делать то, что делал: целить в глаза, нос и просто раздражать колкими ударами тварь. Выматывать ее.
Очень хотелось попробовать двинуть навстречу камнелапой твари своей измененной рукой, покрытой тьмой, и проверить ее прочность — но делать этого было нельзя. Слишком заметно. И рано показывать всё, что есть.
Поэтому Зур'дах продолжил тактику ложных ударов лишения противника зрения и нюха.
Правый глаз он доконал через минуту. Хорошим, точным тычком он пронзил его и тварь после этого обезумев едва не убила его. Атаки стали настолько хаотичными, что предугадать их было невозможно. Пару раз когти твари прошли в волоске от шеи гоблиненка. Спасла реакция.
Нужно было дождаться окончания первого бешенства твари и сразу нападать. Так Зур'дах и поступил. Едва пыль и песок осели, он уже рывком влетел к твари, вбивая копье во второй глаз. И в этот раз он бил наповал. Бой не давал ему ничего интересного. Он оценил скорость твари, свою собственную — и всё. Что-то внутри требовало противника посильнее. А ведь ни Кровь, ни Баланс даже не пришлось использовать.
Но и другое гоблиненок понимал: всё так легко прошло по одной причине — он был быстрее, значительно быстрее камнелапого.
Выдернув копье, он тут же вогнал его во второй, уже слепой глаз, и надавил всем телом. Камнелапый, и до того рухнувший на пол Ямы, теперь окончательно замер. А через пару мгновений и вовсе издох, свалившись на бок. Гоблиненок только и успел, что выдернуть глубоко засевшее копье.
Со зверями всегда было проще: проткнешь глаз очень глубоко — попадешь в мозг, а вот с насекомыми такое не срабатывало. Сила ядра, — которая была в сильных тварях в Яме, — усиливала их и добавляла дополнительную выживаемость. Об этом Наставник предупреждал. Просто потому, что некоторые дети после нанесения, как они думали, финального удара, — расслаблялись, а тварь еще была способна на подлую атаку, которая могла отнять жизнь у ребенка.
Зур'дах всё время боя был бдителен, хоть и позволял себе играться с тварью.
Воздев копье над собой, он взмахнул им и вскрикнул:
— Зур'дах!
Это был и клич, и имя.
И толпа, вернее, часть ее, подхватило его.
Что-то внутри гоблиненка сопротивлялось этому гулу, в котором звучало его имя, а другая часть… другой части это почему-то понравилось. Потому что если кричат твое имя — ты победил, а если победил — то выжил.
Это было новое ощущение. Может потому, что эта Арена была действительно большой. И вибрация от крика и топота захватывала маленького гоблиненка.
Но пора было уходить. Стоять слишком долго на Арене тоже плохо.
Зур'дах с воздетым копьем побрел прочь.
Последующие бои были… легкими. Самым сильным был камнелапый. Нет, Зур'дах прыгал, бегал, уворачивался. Иногда даже получал царапины, небольшие раны, — но это всё было игрой. И раз Наставник был доволен — то хорошей игрой. В отличии от камнелапого, две следующих твари были ему знакомы по урокам однорукого. Разве что размер их был…. в несколько раз минимум больше тренировочных. Но в целом Зур'дах начала экспериментировать и даже пару раз пробовал «побыть» рогачем, двигаясь странно и осторожно. Последующие контратаки тварей заставили его отказаться от этой мысли. Он был не готов.