Но, вместе с тем, были еще и обычные тренировки от однорукого на выносливость, и тренировки Старшего Наставника — и вот на последних его выжимали по-настоящему.
Черный гоблин устроил ему не тренировки, а сущий кошмар на истощение.
Теперь его целенаправленно натаскивали на будущую Бойню. Это было больше похоже на бесконечный бой. Победи одного соперника, потом второго, потом третьего… четвертого… пятого — и так пока у тебя силы не закончатся, потому что противники не заканчивались.
На гоблиненка буквально работала половина группы Старших и отряд взрослых гноллов с тренировочным оружием.
— Выклавайся на полную! — кричал Старший Наставник, — Не выложишься тут — ляжешь на арене трупом. Ты этого хочешь? Давай, поднимайся! Сражайся дальше! Времени на отдых нет! Отдых — смерть! Нападайте на него, неважно, что он лежит. Бейте!
Уроды!
Старшие нападали вместе с группой гноллов. Конечно, не все вместе, но всегда не меньше, чем вчетвером. Больше они просто мешали бы друг другу.
Зур'дах ловил удары и отвечал тем же. Под конец тренировки сил встать не было, но приходилось защищаться, драться.
Бам!
Очередной удар заставил гнолла потерять половину зубов.
Хрусть!
Нога следующего Старшего была сломана в захвате.
— Хах… хах… хах… — тяжело дышал гоблиненок.
Использовать Кровь уже сил не было. Дальше шло бы уже сжигание.
Вжух! Вжух! Вжух!
Три вспышки боли заставили Зур'даха дернуться и подставиться под удар очередного гнолла. Это Наставник своим хлыстом усложнял тренировки.
— Не зевай! Твои мысли должны быть только тут. Ты должен думать о том, как уничтожить врагов и ни о чем более. Понял?
Похоже, Хозяину кровь из носу нужна была победа Зур'даха на Бойне, потому что никого и никогда еще так не готовили. Так ему, во всяком случае, казалось. Впрочем, Зур'дах понимал, что у него нет выбора: Бойня — это бой до последнего выжившего. Тут все кроме выжившего — проигравшие. И проигрыш — это смерть.
Старшие сражались в полную силу, пусть и с тренировочным оружием — удары никто не сдерживал. Нападали четверкой. И едва гоблиненок выводил двойку из строя, как их место занимала следующая, свежая пара, и так до бесконечности. Одни сражались — другие готовились и отдыхали. И так поочередно его мучили почти восемь пар Старших, не считая отряда гноллов. Честно говоря, им всем тоже доставалось: когда Зур'дах терял копье, то становился еще опаснее. Это при том, что его руки обмотали тряпками, чтобы его удары случайно не убили кого-то.
Некоторые тренировки были на выносливость, а другие — на чистоту боя. Требовалось пропустить как можно меньше ударов до конца боя.
Конечно же, это было невозможно. Если выбывали все пары, то в дело против обессиленного Зур'даха вступал Наставник.
— Учись правильно расходовать силы! — приговаривал он, когда плеть в очередной раз оставляла кровавую ссадину на спине, — Не трать все сразу. Самые сложные противники в конце. Самые слабые выбывают сразу.
Зур'дах, стиснув зубы, продолжал уклоняться. Использовать Кровь и Баланс разрешалось. Вот только бои длились больше десятка минут в совокупности, что превышало все его лимиты использования Крови. А после ее использования он, наоборот, был еще и сильно ослаблен, чем Наставник всегда пользовался, нанося болезненные, хлесткие удары хлыстом.
Собственно, именно такими действиями Наставник учил точечному использованию Крови.
— Используй Кровь только в один миг: ускориться, усилиться и убрать одного противника. Потом возвращайся в обычное состояние. Против слабых ты и вовсе можешь обходиться одним балансом, который, хвала богам, не требует сил.
Это было правдой — Баланс требовал лишь определенной концентрации и расслабленности одновременно.
Все эти истязания не шли ни в какое сравнение с ранними тренировками. Даже когда Наставник гонял против гноллов и Старших одновременно перед последними боями, это и близко не стояло с тем истощением, которое наступало после таких тренировок. Через одну две тренировки Наставник вдобавок стал бросать в него камни и тупые кинжалы, заставляющие его постоянно дергаться, находиться в движении. Каждый такой пропущенный удар оставлял после себя синяк.
Зур'дах впервые ощутил себя на грани. После каждой такой тренировки он не мог встать почти час. Просто тупо смотрел в потолок пещеры.
Наставник ставил его в максимально невозможные условия. Но даже при том, что его атаковали со всех сторон и постоянно зажимали, не давая пространства для маневров, две трети ударов уходило мимо.