Самым удивительным для Драмара стало то, что многие инвалиды-бойцы были готовы пахать за пятерых, лишь бы быть полезными; в то же время такие вот предатели, считающие, что у дроу лучше, работали буквально из-под палки.
Прямо сейчас Драмар сидел перед одноруким. Почти что стариком. Но он был мутантом — ноги выдавали, а значит еще будет полезен.
Он с явным страхом смотрел на Драмара. И видимо не только, и не столько из-за его кожи, сколько из-за огромной змеи позади него.
— А она не… — спросил однорукий указывая на змею, которая вдруг посреди их беседы начала вести себя очень активно и обвилась вокруг камня, на котором сидел этот калека.
— Нет. Она ничего тебе не сделает.
Драмар был уверен в змее как в самом себе. Ведь их связывала его Кровь. И после Трансформации он буквально подавлял Волю существ. В случае со змеей этого не требовалось, но он знал, что может это сделать.
Их беседа длилась немало времени.
— Итак… — подытожил Драмар, — значит, ты тренировал детей в Ямах, верно?
Однорукий кивнул.
Среди освобожденных Драмаром было немало тех, кто работал в Ямах либо Наставниками, либо… надсмотрщиками, так что многое он уже знал. Многое, да не всё. Потому что ему не попадались те, кто тренировал детей.
— Да, мы все бежали из Ям Айгура.
— Часто к вам доставляли детей для обучения? — спросил он.
— Достаточно, — нахмурился однорукий. — А что?
— Где-то. — Драмар нахмурился, — лет шесть назад… или уже семь… не приводили вам группу свободных?
— Мне сложно сказать, такие группы нам доставляли несколько раз за год. — ответил задумавшись однорукий.
— Этих бы ты не забыл. Девочка и четверо мальчишек. Четверо из них Измененные — захочешь не пропустишь. У одного полностью измененные обе руки. Его звали Зур'дах. Девочку — Кайра, а мальцов.
— Саркх и… Тарк… — неожиданно выпалил однорукий.
— Верно… — прищурился Драмар и в сердце что-то щелкнуло. Что-то давно забытое. Эти имена, каждое из них, всколыхнули внутри какие-то давно похороненные эмоции.
Ведь он каждого из тех, кто был в Ямах и не только, расспрашивал о детях. Надеялся услышать знакомые имена. Но… было только одно имя, которое он услышал за три года, — Зур'даха. Только о нем бойцы рассказывали. Потому что он был Чемпионом Бойни. А вот судьба всех остальных детей была им неизвестна. И вот этот однорукий калека знает их имена.
— Я их тренировал. — услышал Драмар слова, которые давно хотел услышать, — Всех их.
— Я хочу знать их судьбу. — произнес золотой гоблин.
Однорукий застыл, а потом подняв голову спросил:
— А кто они тебе?
— Они из моего племени. Я их когда-то спас. Поэтому рассказывай всё, что знаешь и помнишь.
Однорукий что-то долго вспоминал, думал, а потом сказал:
— Тебе будет неприятно услышать это, но я не знаю что с ними случилось.
— Рассказывай до того момента, до которого знаешь.
— Саркх…
— Что с ним стало?
— Он мертв.
— Как?
— Честно? Никто не понял как он умер, но по-моему, с ним что-то сделали Зур'дах и Маэль.
— Маэль?
— Его друг.
Услышанное Драмару не понравилось, но он помнил всё. Всё, что было между Зур'дахом и Саркхом. А значит такой итог — логичен.
— Остальные, что с ними?
— Остальные… эх… — однорукий громко вздохнул, — Я помню тот день очень хорошо, потому что все дети да и взрослые бойцы отправились в Тхер Гхол на Праздник Тьмы, а в Ямах началось ЭТО….
— ЭТО?
— Извержение Тьмы.
Однорукий начал рассказывать события того дня, а Драмар молча слушал. То, что случилось в Ямах Айгура он слушал впервые, потому что беглецы оттуда им за все это время не попадались. Зато ему попадались беглецы из Тхер Гхола, которые рассказывали о устроенной там драуками бойне и о женщине-пауке с огромными лапами. И никаких выживших детей в тех рассказах не фигурировало.
Когда однорукий закончил, Драмар вдруг спросил.
— Ты забыл про пятого ребенка, Сарика.
— Сарик?
— Так он с нами. Он бежал из Ям. Он же был обычный. Ему не нужно было быть на Празднике Тьмы. Там были только бойцы-мутанты.
Что-то внутри Драмара резко дернулось от этих неожиданных слов.
— С вами?
— Да, тот молодой со шрамом возле глаза — Сарик.
Золотой гоблин встал и направился в пещеру, где сидели остальные.
— Мы договорили. — кинул он однорукому, — Всё остальное — потом.
Драмар ехал на ящере, а рядом был отряд его лучших воинов. Позади скользила змея, а под потолком летела огромная златка. В голове его прокручивались мысли о прошлом. О тех детях. Тех, чья судьба была неизвестна.