Гоблины внимательно наблюдали за женщиной, ее мимикой, и за тем, что она говорила: во всяком случае, в части про убийц она точно не врала.
— Хорошо, — вместе сказали друзья, — Мы согласны.
Лицо Нелариии растянулось в улыбке.
— Вот и прекрасно. А теперь вам пора хорошенько вымыться — воняете как протухшие сколопендры.
— Мала! — закричала она, и через десяток мгновений в кабинет примчалась молодая и плотная на вид женщина. — Мала, приведи их в порядок. Вымой, вычисти, и… найди какую-то одежду.
Для удобства Зур'дах и Маэль ходили в одних повязках. Впрочем, большинство рабов в повозках Неларии были в том же.
Хоть женщина предложила им одежду едва они оказались на Поверхности, но в ней они ощущали себя некомфортно — она сковывала их движения.
Вскоре оба друга оказались в подземных помещениях, где были бадьи с водой и началось мытье.
На Зур'даха накатили воспоминания. Потому что рабство у дроу тоже началось с мытья.
Чистые, вымытые, подстриженные, в новой одежде, — они выпросили себе самые простые просторные накидки, которые не стесняли бы их движения, — друзья сидели в комнате. Хоть они и привыкли в Подземелье находиться в тесных помещениях, в комнатках было как-то по-особенному неуютно. Даже в казармах Айгура было привычнее. Потому что казармы были большими, а тут… Сделал пять шагов — и всё, уперся в стену. Зато они были свободными. По прежнему. Не было цепей, не было ошейников и было свое оружие, которое сейчас стояло у стены.
Кровати… это было чем-то мягким и неудобным. Из-за этого, а ещё из-за обилия новых впечатлений уснуть не удавалось. В комнате было душно, поэтому они открыли окно. Сразу потянуло запахом цветов.
Маэль осторожно ухватился за косяк окна и завис у стены. Снизу на них тут же подняли головы стражники, но ничего не сказали. Зур'дах тоже высунулся, схватившись пальцами за кладку.
Ветер начал приятно обдувать тело, а друзья смотрели на уже тускнеющие светильники на улицах и… на небо. Тут оно было на удивление чистым. На небе светились звезды. Странное явление, присущее только поверхности и возникающее по ночам. Зур'даху оно напоминало светляков в огромной пещере, или огневок, сидящих на потолке. Наблюдать за ночным небом было приятно и завораживающе. Наверно, это была одна из немногих вещей, которые сразу понравились друзьям.
Поэтому полночи они сидели в окне, наблюдая как за ночным городом, так и за небом.
И, как привыкли, спать ложились по очереди.
К ним приставили старуху гоблиншу, которая помогала друзьям освоиться в особняке. Показала куда можно заходить, куда нельзя, где женская часть, а где просто помещения вроде кладовой, кухни и прочего. Разговаривала она с ними на гоблинском и каждый раз с каким-то подозрением смотрела на отсутствие ошейников или клейма хозяина. Ведь у нее такое было. Ну а оружие в руках гоблинов так вообще ее пугало, а с ним Зур'дах и Маэль вообще не расставались даже во время еды.
Стража в особняке была только на входах-выходах, а также охраняла врата. Насчитывалось ее не больше двадцати человек. Те же охранники, которые приехали с караваном, были отпущены. Их нанимали лишь на эту поездку и расплатились, видимо, сполна.
— А наружу можно выйти? — спросил Маэль у друга, когда они стояли снаружи, возле стены.
— Ну, я гляну, — сказал Зур'дах и вспрыгнул на стену.
— Стой! — замахала руками подоспевшая старая гоблинша, но остановить его было невозможно.
Зур'дах встал на тонкую стену и прошелся взад-вперед, возвращая себе чувство баланса.
Удивительно, но охранники уже на второй день знали, что трогать молодых гоблинов не стоит.
И если они хотят походить по стене, светясь перед другими особняками, то не стоит препятствовать им.
— Эх… — вздохнула Мала, старая гоблинша, понимая, что бесполезно пытаться остановить друзей.
— Слушайте, — вдруг обратилась она, — может уже оставите где-то эти копья? Вам рановато баловаться с оружием. Вы еще даже не выросли полностью. Не знаю, о чем думает Нелария…
— Мала, мы убивали уже тогда, когда были тебе по пояс. — неожиданно и серьезно ответил Маэль.
— Копья — часть нас, без них мы не чувствуем себя в безопасности. — добавил Зур'дах со стены. Он балансировал на одной ноге и, одновременно, делал выпады в воздух.
— Но тут никто на вас не нападет.
— Ага, поэтому мы и защищаем Неларию. — хмыкнул Маэль, — Потому что никто не нападет.