Чернопрядец в костях как-то вяло шевельнулся, второй раз за этот месяц.
Молодой гоблин надавил лишь немного, но не привыкшие к давлению чужой крови, оба стража просто отскочили от него на несколько шагов назад. Ноги и руки их тряслись от резко нахлынувшего страха.
— Мы пришли поговорить. — обратился Зур'дах к вожаку, — И если они… — Зур'дах обвел всех присутствующих в зале, — не будут тыкать в меня оружием, то может никто и не умрет.
Тот уже прищуренным и собранным взглядом смотрел на него, а потом сказал:
— Подходи, щенок.
Зур'дах хмыкнул и отпустил давление. Стражи, сглотнув, попятились назад.
— Маэль. На. — протянул он другу оружие. Чтобы справиться в случае чего с этими гоблинами, ему оружие не потребуется. И, почему-то, в отличие от убийц, которых они еще вчера вместе с другом убивали, тут он не хотел никого убивать.
Все они были свои. Гоблины. И почему-то смерть их воспринималась подсознательно как-то иначе.
У вожака оружия не было, а вот у его окружения, двух десятков мутантов, — да. Оно лежало на полу возле них, и они было рыпнулись его подхватить, но вожак тут же жестом их остановил.
Значит, вы все мутанты, — подумал Зур'дах и подошел вплотную. Взгляд его подмечал то у одного самца, то у другого какие-то наросты, мутации, и не у всех они были удачные. У кого-то вместо пальцев был непонятный слипшийся нарост, которым и взять-то оружие нельзя — только бить им, как кувалдой.
Неудачные мутации.
Кроме вожака, его мутация была довольно удачной, по сути, его торс был в естественной броне, которую, судя по толщине каменистой кожи, пробить было бы непросто даже копьем.
— Значит, ты Шарх Камнебрюхий, — посмотрел вожаку в глаза Зур'дах.
— Ты видишь другого с каменным брюхом?
Вожак был далеко не молодым: Зур'дах видел морщины, седые волосы и в целом он приближался к гоблинской старости. Но по-прежнему был явно сильнее всех своих подчиненных. И крупнее.
— И что ты от нас хотел? — спросил Зур'дах.
— Кхм… Хотел поглядеть на двух молодых и наглых мутантов.
— Поглядел?
Зур'дах осматривал тело Шарха в поисках следов рабства и находил их. Шрамы на ногах, метка на запястье, и на шее след от ошейника. Такие шрамы могли оставить только десятки лет ношения рабских наручей. Но больше всего Зур'даха удивили метки на руке. Метки бойца. Просто черепа. Десятки черепов.
— Значит, ты тоже из Ям? — спросил Зур'дах.
Шарх дернулся как от удара по лицу.
Зур'дах же шагнул вперед и показал свою руку. Часть меток заросла после приема Ядер, но их силуэты, неровности можно было рассмотреть. Если присмотреться. И он повернул руку так, чтобы вожак их увидел.
— Поняяяятно. — протянул Шарх, — То, что вы из Подземелья, я и так знал, а вот это неожиданно. Он тоже? — показал он на Маэля.
Зур'дах кивнул.
— Мы никому подчиняться и служить не будем, — резко сказал Зур'дах, приближаясь к Шарху, — Ты понимаешь?
— Да. — выдавил Шарх, сцепив зубы, — Но достаточно ли у тебя силы, чтоб такое говорить? Ты силен, но настолько ли? Нас много, ты один. Не стоит забывать об этом, боец.
— А ты прислушайся к себе. И сам узнаешь ответ. — сказал Зур'дах и закрутил Кровь на полную. Глаза полыхнули, а его аура паука раскинулась на всех вокруг.
Незримое существо распростерло вокруг свои лапы и раззявило пасть. В пещере будто бы стало еще темнее, а биение сердец всех присутствующих замедлилось. Почти застыло.
В глазах Шарха заплескался самый настоящий ужас, как перед лицом неминуемой смерти.
Зур'дах понял, что показал достаточно. Пробрало всех.
Миг — и жуткое ощущение присутствия древней твари исчезло, и все облегченно выдохнули.
— Я думаю, сил у меня достаточно. И ты сейчас это понял. — произнес Зур'дах.
Шарх только кивнул. На лбу его выступил пот.
— И чего вы хотите тут, в моих трущобах?
— Остановиться, передохнуть и подумать. Мне неинтересно чем вы тут занимаетесь, и не интересно твое место.
Что-то скрыть тут было невозможно. У гоблинов был хороший слух, а у мутантов особенно, так что все слышали их разговор.
— Вы не трогаете нас, а мы — вас, — сказал Зур'дах, — Это всё, что мне нужно, договорились? — Он протянул руку вожаку.
Тот внимательно посмотрел на нее и пожал. Попытался стиснуть изо всех сил, однако его рука была обычной, хоть и сильной.
Зур'дах лишь чуть сжал его ладонь, и пальцы Камнебрюхого противно хрустнули, а сам он скривился от боли.
— Это было глупо, — только и сказал молодой гоблин вожаку. — Я — сильнее.