— Глава… мастера! — пытался отдышаться молодой посыльный. — Беда! Это война!
Стоящий на коленях молодой человек выблевал кровь и добавил:
— На нас напали… — в итоге потерял сознание.
На пару секунд люди шокировано замерли. Кто-то посмел ТАК нагло напасть, когда боеготовность гильдии на повышенном уровне?!
Помещение для совещаний было обработано лучшими магами гильдии воров, чтобы изолировать любую возможность прослушки. Звукоизоляция была на высшем уровне, только поэтому они лишь сейчас услышали странные хлопки.
Их частота и приближение заставило уважаемых авторитетов напрячься. Они приготовились сражаться.
Даже глава гильдии изменился в лице и отправился в секретную комнату за артефактами.
На некоторое время образовалась гнетущая тишина. Боссы бандитских формирований были напряжены до предела, они не понимали, кто такой наглый и почему только один человек успел к ним прибежать.
Снаружи раздались шаги, все напряглись.
Секунду тянулись нарочито медленно, словно оттягивая момент неизбежного.
Неожиданно появился спокойно вышагивающий силуэт.
— Здлавствуйте, вл(р)аги налода! — картавый голос ударил по ушам.
Верхушка гильдии воров, чуть было не атаковала.
— Ты кто такой!? Тебе жить надоело!? — подорвался звератового вида мастер.
— Кто я? — губы то ли старика, то ли мужчины приподнялись и люди могли увидеть клыки. — Я — вождь своего налода и мы плинесем сплаведливость в этот плоклятый ми(р)л! В атаку.
Последняя фраза заставила членов гильдии действовать. Множество защитных артефактов активировались, загораживая тех от прохода.
Из-за спины старого вампира вышло несколько десятков человек. Дула автоматов уставились на разноцветные пленки защитных барьеров.
— И что вы нам сделаете?! Это артефакты B и A рангов! А вот мы вас… — договорить хвастуну не дали.
Зазвучала канонада выстрелов. Защитная пленка замерцала и переливалась от вспыхивающей в ней энергии.
Первую обойму большая часть защит выдержала, но вот мастера и глава гильдии не радовались. Они впервые почувствовали подступающий ужас. Мощные артефакты должны держаться куда как дольше, нежели столь малое время!
— Стойте! Не надо нас убивать! — закричал один из мастеров. — Я буду вам служить! Я все расскажу!
Взгляды остальных его «коллег» не предвещали тому ничего хорошего. Тот заметил и грозно прорычал:
— Нам нужно сдаться, вы что не видете! Они нас сильнее! Слабый подчиняется сильному, иначе — смерть!
— Вот же крыса… — широкоплечий мастер-вор. — Везде пытаешься жопу лизнуть. Я лучше сдохну, чем преклонюсь.
— Тогда дохни в одиночку! — заверещал предатель. — А я хочу жить! Я готов служить!
На их реплику никто кроме них самих не обратил внимание. Перезарядка завершилась и выстрелы зазвучали вновь.
— Неееееет! — закрчилать предатель, когда защищающий его магический щит треснул.
От попадание пуль, фигура мастера затряслась в приступе эпилепсии и упала на пол кровавым месивом.
После смерти первого коллеги, остальные осознали, что смерть пришла за ними. Загнанные крысы наконец-то решили показать свои зубки, да только вот слишком поздно до них это дошло.
Автомат Калашникова сделал своё грязное дело, создавая трупы верхушки гильдии.
— Отлично! Это плекласный день! — воскликнул вампир Ленин. — Собилайте всё ценное, остальное сжечь. Всё на благо налода!
— Так точно! — рявкнули ему в ответ.
Глава 24
Хэймон.
Задумчиво повертел в руках бокал, наблюдая за плескавшимся вином. Немного скучно, наблюдать одно и тоже. Хотелось начать веселиться, но что-то сдерживало.
А ведь скоро эти личности оклемаются и начнут со мной разговоры вести.
Посмотрел на Райес, что наседкой заботилась о двух девушках.
Как уговорились, я тем помог, даже немного притушил воспоминания о прожитых днях. Мог вообще проигнорировать, меня же просили просто вернуть их в норму, а не заботиться о душевном равновесии.
Зато теперь у меня есть верная эльфийская принцесса, точнее бывшая повелительница резервации.
Поймал себя на забавном ходе мыслей.
— Господин Хэймон, можно вас отвлечь? — послышался глубокий мужской голос.
Я лениво приподнял голову и посмотрел на упитанного мужчину в богатых одеждах. Посол Золотой Торговой Федерации собственной персоной.
— Да? — поднял вопросительно бровь.