Сам же Властитель, казалось, совершенно потерял интерес к проштрафившимся подданным. Но это только казалось. На самом деле, Великий Орк обдумывал сложившуюся ситуацию. С крокодилами он решил немного повременить, хотя и отметил эту мысль, как весьма конструктивную. Похоже, поиски артефактов будут делом непростым и небезопасным, решил он, и посмотрел на приунывшую ловчую команду. М-да… В сущности, хоть они и растяпы, но ведь других под рукой нет, так что придется посылать этих. То, что за артефактами предстоит отправиться в путешествие, Великому было ясно, оставалось выяснить куда.
Между тем в воздухе опять захлопало. Мурашки возвращались и одна за другой преодолевали звуковой барьер в обратном направлении. Теперь они светились каким-то тусклым красноватым светом, наверное, от усталости. Каждая подлетала к волосатому уху Панзутия, некоторое время шебаршилась в оливковой ушной раковине, после чего облегченно ныряла в родной рукав. На морде шамана появилось легкое недоумение, которое постепенно крепчало, переходя в крайнее изумление.
Наконец мурашки скрылись в рукаве робы, но Панзутий по-прежнему не говорил ни слова. Он подошел к распахнутому в ночь окну, пытаясь что-то высмотреть в густом пахнущем океаном мраке. Наконец вдали показалась бледно-розовая искорка. Она передвигалась судорожными скачками, словно бабочка, за которой гонится юный натуралист с сачком и банкой морилки. Искорка из последних сил влетела в окно и обессилено опустилась на воротник робы шамана.
Панзутий осторожно, двумя пальцами взял опоздавшую мурашку и, приговаривая «ах ты умница моя хроменькая…», поднес к уху. Покивав немного, он расплылся в клыкастой улыбке, бережно отправил мурашку в рукав и повернулся к измученной неопределенностью публике.
— Ну! — хором выдохнули все.
Панзутий приосанился, осторожно пригладил грязно-серые патлы, прокашлялся и начал:
— И поведали мне мурашки всю чистую правду, как она есть, неприкрытую и чистую, голую правду-матушку…
— Не надо нам правду, мы ее родимой уже нанюхались, так, что до сих пор в глотке свербит, — прервал его великий Орк. — Ты лучше нам суть расскажи.
— Ах, суть, — спохватился Панзутий, — ну, суть, в общем, такая. Зубки Ваши находятся в огромной северной стране, в активном, между прочим, состоянии. Целехоньки, все девяносто шесть штук. Пребывают они все в полном здравии, ни кариеса ни какой другой напасти. Только пара железных клычков слегка заржавела, но это поправимо, наждачком почистим, отполируем, будут как новенькие… Если, конечно, их вовремя вернуть.
— Ты кончай мне зубы заговаривать, — снова оборвал его Великий, — Ты лучше скажи нам, где их искать!
— Ах, искать! — Панфутий удивленно посмотрел на Великого Орка, словно тот спросил о чем-то совершенно само собой разумеющемся. — Ну, конечно же, в России. Какое-то время они пробудут под Москвой, на исторической родине, а потом — не знаю, куда их занесет. Бизнес это такое дело…
— Это, с каких же пор Россия стала исторической родиной народных гоблинских артефактов? — возмутился хоббит Василий. — Твоя правда не только голая, а еще и пьяная в драбадан!
— Не мешай вещать! — Огрызнулся придворный шарлатан, — Я не артефакты имею ввиду, конечно, а братцев-предпринимателей, которым этот придурок челюсти загнал!
— А что они предпринимают, эти предприниматели? — осторожно спросил Дробила.
— Это звание такое, предприниматель. У них там, в России все что-нибудь предпринимают. А тем, кто уже предпринял и остался на свободе, да еще живой, присваивают звание предпринимателя. — Панзутий гордо посмотрел на неграмотных гоблинов. — А эти еще и родственники. Они так сами себя и называют — «братаны»!
Бывший шаман-непогодник подумал немного, потом сообщил:
— Они раньше с крышей какой-то дело имели. Держали. Кариатидами что ли работали? Или над ними держали? Непонятно. Ну ладно. Короче говоря, зубки в полном здравии отбыли в российскую столицу, куда за ними кое-кто и направится. Кстати, одного из этих братанов зовут Василий!
— Понятно! — сказал Великий Орк и выразительно посмотрел на присмиревших дознатцев. — Собирайтесь, охламоны! И этого, — он ткнул когтем в сторону Сенечки, — прихватите, а то он мне своей правдой весь остаток отпуска отравит. Тот, что вы еще не успели испоганить!
Подведя итог гадания, Великий задумчиво обвел взглядом компанию и поманил к себе Панзутия.
— А ты…
Расстроенные перспективой неоплачиваемой поездки незнамо куда, гоблины встрепенулись и злорадно уставились на любителя мурашек.
— А у меня справка, у меня в высоких широтах головы кружится, — быстро среагировал Панзутий. — И вообще, мне тут один приезжий работу предлагал. В разведке. Высоко оплачиваемую должность шамана-шпиона, так что… Кстати, с артефактами поспешать надо, а то беда будет…