С другой стороны, жизнь сама по себе состоит из переплетения незаконченных историй, и в этом ее особая прелесть. Разве не замечательно, что провинциальный городок Растюпинск поддерживает тесные деловые контакты со сказочным Междуземьем? А шаманка, проживающая в Москве, разве это не реальный образ? Да, если хотите, наличие шаманки в столице факт более значительный, чем тусовочные похождения какого-нибудь занюханного телеведущего, только и умеющего, что морочить голову обывателям. У колдовства, знаете ли, здоровое начало, чего не скажешь о средствах массовой информации. Я бы сказал, что шаманство, ведовство и истинное кащейство имеют крепкие народные корни, а посему — непреходящи, в отличие от всяких модных штучек.
Впрочем, автор, наконец-то отправил главных героев в Россию, где и совершатся последние события этого повествования. При этом, автор, как заботливый папаша, считающий, что все дочери должны быть пристроены, более или менее удачно распорядился и с второстепенными персонажами. Поэта пристроил в оракулы, где ему самое и место, мелкого политика Парфена определил в идолы, а старому склочнику презентовал танк. Правда, немного грустно, что прекрасная незнакомка на «Бентли» укатила неведомо куда, да с сотрудниками НИИ тоже не все ясно, ну да ладно. Незнакомка сама собой отыщется в третьей части и примет самое непосредственное участие в происходящих событиях. Может быть, даже, дело кончится свадьбой, хотя автор не сторонник крайних мер. У нас все-таки не ужастик, а так, легкая пантагрюэлька.
Кстати. Чтобы читателю было понятно что к чему, поясняю:
Средиземье и Междуземье — это совсем не одно и то же. Остров в океане — нечто вроде тамбура-переходника между нашим миром и Междуземьем. Таких тамбуров существует несколько, кроме того, в Междуземье можно попасть через многочисленные прорехи в порядком-таки износившихся стенках пространственно-временного континуума, имейте это на всякий случай в виду, и если очутитесь однажды среди каких-нибудь странных существ, не говорите потом, что вас не предупреждали. Хотя и в этом случае не торопитесь с выводами. Можеть быть вас просто замели в милицию.
В общем, «Средисловие» это нечто вроде небольшой передышки посередине пути, возможности расслабиться и выпить рюмку-другую в придорожном кафе, пока водитель курит. И позади дорога, и впереди дорога, а посредине — маленький пятачок уюта и покоя. Вот как автор себе это представляет.
Вот, пожалуй, и все Средисловие.
Часть третья
Русский и гоблин — братья навек!
Глава 17
Примерно через три месяца после того, как летающая лодка вспенила своим белоснежным брюхом темные, уже почти осенние воды речки Половойки, что протекала через Растюпинск, и подрулила к мосткам, у которых болтались полузатопленные ботники и пара стареньких «Казанок», в окрестностях городка появился дракон Огнехвост.
Насчет летающей лодки доподлинно известно, что все ее пассажиры и экипаж благополучно попали домой и занялись своими делами и делишками, о которых автор поведает в свое время. Что же касается доставленных в пожарном отсеке междуземских тропических русалок, то они, проявив свойственную женщинам сообразительность, а именно — начав громко визжать — сумели-таки выбраться на волю, после чего разбрелись по квартирам состоятельных растюпинцев, отчего в городе резко возрос спрос на джакузи.
Гоблины, однако же, несмотря на уникальные скоростные качества дракона, а вернее, именно благодаря им, изрядно задержались в пути, чего, кстати, поначалу совершенно не заметили. Все дело было в том, что Огнехвост по дороге в Россию решил проверить свои новые возможности, да и старые, заодно, тоже. И, пользуясь тем, что пассажиры задремали, вышел сначала в стратосферу, потом на околоземную орбиту, ну а там и вовсе провалился в подпространство, после чего вынырнул в открытом космосе где-то в районе Крабовидной Туманности.
Спохватившись и ругая себя за легкомыслие, гибридный аэрокосмический дракон развернулся, поплутал немного среди звезд, потом нащупал-таки природным чутьем обратный курс и вскоре оказался на Земле-матушке, на которой, благодаря известным, но считающимся в определенных кругах сомнительными законам релятивистской механики, прошло аж целых три месяца или даже немного больше.