Упрямство и образ мыслей свободных людей, пока что угадывались на их лицах. Пленники позволяли себе смотреть прямо и держаться уверенно. Но ничего хорошего от попадания в мои руки не ждали.
Неудивительно. К большинству из них, мои бойцы испытывали разве что гастрономический интерес. И совершенно этого не скрывали.
Так выглядела большая часть пленников. Не желая провоцировать людоедство раньше времени, приказал отправить несчастных на шахту, в помощь их ранее пленённым товарищам.
Ещё среди пленников были сдавшиеся орки. Их судьбу я видел в более радужном свете. После проявившего себя в бою перебежчика, найм старших рас уже не казался столь вопиющим нарушением плана по построению гоблинского общества.
Поэтому их разоружили, обработали раны и отвели под конвоем в сторону. Дожидаться вербовки.
А вот что делать с третьей группой узников, я положительно не знал. С одной стороны решение было очевидным. Даже желанным. Но, только если окончательно перестать считать себя игроком-человеком и стать гоблином-варваром. Ибо третьей группой узников, был личный гарем барона.
Ухоженные, одетые в униформу представительниц первой древнейшей. С погасшими глазами и смирением на лицах. Они молча стояли, дожидаясь своей участи.
Полуобнажённые тела. Выгодно подчёркнутые одеждой едва скрытые округлости. Исходящий флёр сладострастия и доступности. Всё побуждало оставить себе, завладеть, удовлетворить первобытные инстинкты.
Жучок сомнения точил мозг: «Ты сорвался, заперт в теле гоблина, это теперь твоя жизнь, возьми, воспользуйся. Что стоит мораль мира, который ты даже не помнишь?»
Как и наверное любой игрок, я конечно спал с НИПами. Но, так сказать, в добровольном формате. Принуждать, даже цифровую личность, мне всё ещё казалось дикостью. Тем более содержать целый гарем. «К тому же это затратно», пришёл на выручку голос рационализма.
Ещё раз оглядел замерших пленниц.
Две молодые женщины, очевидно из местных крестьянок. Красивые, чистенькие, но грубоватые на тело и лицо. Орчанка. Неведомым образом ставшая рабой в орочьем форте. Утончённая эльфийка, единственная сохранившая подобие гордости во взгляде. Эта скорее всего куплена у работорговцев. Ходовой товар. Последней была совсем уж экзотическая девушка. Невысокая, хрупкая с кошачьим хвостом и ушками. Некомата. А барон был большим любителем диковинок. Где только достал? За все свои партии, я таких не встречал ни разу.
Вздохнул. Отмахнулся от навязчивых просьб подарить, продать, да хоть дать разок попробовать. Коими осыпали со всех сторон, все гоблины разом. От работяг, до сально облизывающегося Марселя. И в итоге принял простейшее, как казалось, решение:
Орчанку освободить и перевербовать. Крестьянок отправить к остальным на шахту. Экзотических красоток допросить на предмет полезности и отпустить.
«Мораль армии снижена за непопулярное решение, на -1»
Плохо. Бонус от победы растаял как дым. Но дальше стало ещё хуже.
Рабыни бросились в ноги и стали умолять отказаться от подобного решения. Обещали сделать всё, что я пожелаю, только бы не отправлял их никуда. И надо сказать неплохо аргументировали свою просьбу.
Так крестьянкам грозила смерть от рук односельчан. Падших их, уже никогда не примут в общину. Орчанка утверждала нечто схожее по смыслу. Именно те орки, которых я планировал завербовать, видели её позор и унижение. Ничего хорошего в их компании несчастную не ждало. Мотивы эльфийки и некоматы были и того проще. Отпущенные на волю в диком крае. Кишащем не мене дикими разумными. Неспособные себя защитить. Они, в лучшем случае, могли рассчитывать только на очередной плен и рабство. Никаких шансов добраться к своим у них не было.
Голова вспухла. Зло подкатило к горлу. Грязно выругавшись, приказал запереть безумных баб в одной из башен. Поклявшись продать первому рабовладельцу, что забредёт в мои земли.