После долгого сверления взглядом. Попеременно, казга (негра), полурослика и меня. Монах внутренне собрался, принял благообразный вид и согласился забрать полурослика. Казг, какая неожиданность, его не заинтересовал. Я же в душе веселился. После трудного разговора с шаманом Импом, вся эта возня позволяла отдохнуть и поразвлечься. Мелькнула шальная мысль позвать на смотр и крысолюдов. Не рискнул. Мне всё же требовалась помощь в строительстве зачарованных стен. А подобными шутками можно и перегнуть палку.
По итогу, отправились в путь весьма солидным караваном. Помимо вышедших из форта гоблинов, с нами шли нанятые в деревне работяги и снятые с охраны горе надзиратели. А так же Михаил и весь комплект рабов. Тёмных крестьян я вознамерился продать старосте Причальной. Крыс повторно допросить, на предмет вычисления их сородичей протоптавших контрабандную дорожку в мой город. А что делать с казгом не решил, но оставлять его на лесопилке резона не было.
Шли мы вдоль той самой речки, по которой в своё время приплыли захватывать лесопилку. Заторы на протоке уже разобрали. Теперь здесь ежедневно сплавляли лес к реке, где его подхватывала дежурная лодка и доставляла в город. И пусть пройдёт ещё немало времени, прежде чем этот край перестанет быть дикой лесной чащобой, но уже сейчас, вот такие, еле заметные изменения, постепенно облагораживают и цивилизуют мои земли.
Наблюдая подобные преобразования, я вновь прокручивал в голове разговор с Импом. И речь не о паре простеньких квестов, что староста предложил: Перебить волков в окрестностях деревни и найти какие-то редкие травки в пещерной системе на севере. Нет это конечно интересно и будет обязательно выполнено, с целью получить опыт, репутацию и прочие плюшки. Вспоминалась даже не информация о окружающих Лесную землях. О заброшенном тракте, что упирается в завесу и тёмных друидах, что хозяйничают на месторождении киновари в восточных лесах. Нет. Взволновало в словах шамана меня совсем другое.
И другое это было обо мне. Обо мне настоящем. Не лорде гоблинов в богом забытой игре. А обо мне, сорвавшемся Игроке.
Откуда обычный НИП мог знать подобную информацию? Оказалось мог. Имп был сильным шаманом, специализирующимся на прорицании. Он общался с прикормленными духами умеющими в предсказания. Владел сложными обрядами, позволяющими заглянуть в будущее. Тем к слову и был опасен. Ибо знал, куда больше чем мог знать староста глухой деревушки. А зная, умело использовал, манипулируя окружающими, дозируя правду и вводя в заблуждение. Вот как со мной например, когда столкнул лбом с ненавистным ему бароном.
Но казалось бы, что такого мог «предсказать» игровой персонаж, что могло столь впечатлить Игрока? Ну, тут необходимо пояснить, как работает предсказание. Дело в том, что для подобных персонажей, а равно и всяких духов, да божественных сущностей, существует «Балансир». Мощный вычислительный центр, который на основе множества закрытых данных моделирует вероятностное состояние дел в игре в будущем, исходя из текущих процессов. И «предсказывая», прорицатель, посредством танцев с бубнами и прочих ухищрений, получает от этого «Балансира» предполагаемый прогноз по интересующей его теме. Вот так просто. А раз уж я теперь, после срыва, намертво привязан к этому миру, то и прогнозы меня касаются не в последнюю очередь. Впрочем дела обстояли ещё хуже. Сказанное Импом не являлось прогнозом. Это было утверждением. Свершившимся фактом. Вопрос был лишь в том, верить шаману или нет. Уж больно невероятно звучало сказанное. Невероятно и страшно.
Я громко рассмеялся, обратив на себя взоры всех окружающих. Разве может быть что-то невероятное в ненастоящем мире игры, где каждый второй умеет в магию? Кажется до меня только теперь стали доходить истинные последствия срыва. Оказывается стать из человека – игровым персонажем, не такое и невинное дело.
IV
Уже в сумерках, на берегу реки нас подобрала «Старая Ведьма». Выменянная на рабов сойма. Это большое одномачтовое корыто с полупалубой, быстро доставило всю нашу братию в городскую долину. Благо ветер оказался попутным.
Спрыгнув на песчаную отмель к вышедшему встречать Шая, приказал устроить на ночь монаха и пленников, а сам отправился в город. За два дня отсутствия здесь поменялось многое. Шая и «Навозник», не без участия Тяпли, взялись за дело основательно.