С войсками тоже не лучше. Молодого пополнения, в виду невозможности прокормить оное, не набирают. Старые воины, хоть и имеют немалый опыт, но реальных боёв давно не вели. Да и не желают они боёв. Все кто желал, у кого кровь горяча, давно подались из сонного форта на сторону. Остались только старые, уставшие от жизни и походного быта обрюзгшие ворчуны. Прямо светлые эльфы, не иначе.
Неприятной, во всей этой милой сердцу истории упадка, являлась численность старых ворчунов. Около сотни обычных орков и полсотни орков-воинов. Именно столько могла прокормить недоразваленная экономика самозваного барона. И пусть из пятидесяти воинов десяток мы только что положили, оставшихся хватит раскатать нас несколько раз подряд и не вспотеть.
Отпустив, теперь уже бывшего, пленника зализывать раны, я приказал своим командирам явиться в замок. Хотелось собраться в уже отстроенной, за время приготовлений и боя, таверне, но лишние уши сейчас были ни к чему. Не один я умею брать языков и подсылать соглядатаев. И пусть барон в подобном пока не замечен, но не стоит искушать судьбу.
Крыша личного покоя вновь послужила местом сбора, теперь уже практически официального совета. Помимо Шая и Ррык-кы, присутствовал Тяпля, представляющий строительное направление, и Шмыг, лесной гоблин, позванный якобы как старший среди разведчиков. Истинная причина присутствия Шмыга была политической. Лесные гоблины, оставаясь одной из главных сил в моём войске, не имели своего представителя. А учитывая историю с предательством Хряща и обстоятельствами вербовки, вполне обоснованно могли опасаться быть «слитыми», как только перестанут приносить пользу. В целом это были верные мысли, но у меня на лесных были большие планы, а значит не стоило плодить недопониманий, там, где этого можно избежать.
Нагретая ярким полуденным солнцем каменная площадка отдавала лёгкой теплотой, что было особенно приятно, учитывая пронизывающий ветер, гуляющий на плато. Командиры-советники по одному залезали через лючок и рассаживались полукругом, стараясь выбрать место под защитой каменных зубцов парапета. Ррык-кы, огромный на фоне низкорослых гоблинов, с вытянутой пёсьей мордой и покрытый густой шерстью гнолл. Оставив внизу новую секиру, он поднялся на верх лишь с лёгкими топориками и несмотря на размер, ловко и бесшумно уселся, прислонившись спиной к камню. Следом показалась стариковская голова шамана. Облачённый в огрызки шкур и ворох амулетов, он несколько неуклюже выбрался из люка и плюхнулся скрестив ноги по турецки, казалось собираясь медитировать. Тяпля, сгусток детской нерастраченной энергии, окрылённый перспективой оказаться на настоящем «совете у лорда», взлетев по лесенке, и так и не найдя себе место, постоянно то усаживался, то вскакивал и, бестолково пробежав пару метров, вновь садился. Последним поднялся Шмыг. Не утратив повадок наёмника, он одним слитным движением выбрался на крышу и тут же опустился на пол сложив ноги подобно Шая. Все на месте.
— Кхр-р, при обыске тр-рупов, нашли 800 золота на всех. И мер-ру др-рагоценных камней. Из ор-ружия — одиннадцать, кхр-р, то есть десять, железных секир-р и столько же кинжалов, — понятно, комплект орка-перебежчика остался при нём же.
— Ещё десять щитов и кольчуг. С командир-ра сняли нар-ручи, наплечники и кир-расу. С него же два кольца, серебряных, усиливающих.
Первым начал гнолл, отвечающий за мародёрку. В общем без сюрпризов. Броня, оружие и дешёвая ювелирка на +1 силы и выносливости. Взяв себе кольца и один кинжал, на замену костяному, остальное приказал раздать бойцам. Четыре комплекта, включая командирский – гноллам, они единственные кому габариты позволяли надеть доспехи без существенной переделки. Да и к топорам уже должны были привыкнуть. Остальные шесть кольчуг – гоблинам. Укоротив их и чуть поубавив в ширине, они получат достойную защиту. Кинжалы – лесным, опять же на замену костяному мусору. А оставшиеся щиты и секиры – на склад, воспользоваться сейчас ими некому.
Разобравшись с трофеями, заодно усилив имеющиеся войска, перешли к вопросу обороны. Построенная засечная линия, в купе с полосой ловушек, показала себя неплохо. Но крупный отряд легко сомнёт её.