– Мои соболезнования, – только и сказала она.
Никакого сочувствия к чужому горю!
У Минчжу душераздирающе вздохнул.
108. Если бы он вовремя насторожился…
Когда У Минчжу прилетел на другой день – разумеется, уже в новых сапогах, нисколько не хуже его «любимых», – он сразу же заметил, что у Цзинь Цинь заплаканные глаза.
– Кто тебя обидел? – сурово спросил он, хватая её за плечи.
– С чего ты взял? – удивилась она.
– У тебя красные глаза. Ты плакала.
– А что, плачут разве только когда обижают?
– Как правило.
Девушка покачала головой:
– Никто меня не обижал.
У Минчжу вприщур поглядел на неё. Цзинь Цинь, заметив его взгляд, вздохнула и сказала:
– Матушка знает.
Внутри него плеснуло нехорошим холодком – предчувствие чего-то недоброго.
– Нехорошо, – пробормотал он, не скрывая тревоги. – Как она узнала?
– Она нас случайно увидела.
– Случайно? – усмехнулся У Минчжу.
Его воображение нарисовало совсем другую картину. Мачеха наверняка следила за падчерицей с дурными намерениями. Будь у неё добрые, она бы открыто их окликнула или позвала на помощь, опознав в нём чужака – и это было бы правильно, учитывая вражду обеих гор.
– Матушка на нашей стороне, – сказала Цзинь Цинь, сияя. – Она нам поможет.
Его глупая птичка даже не подозревает, что угодила в силки! Знать бы ещё, что задумала эта скверная женщина… С какой стати ей помогать падчерице, когда прежде она всеми способами пыталась её извести? Но его глупая птичка и слушать ничего не желает. У Минчжу потёр переносицу пальцем, болезненно морщась:
– Допустим. Что она тебе наобещала?
– Матушка поможет мне разорвать помолвку с Третьим сыном.
– Как?
– Поговорит с отцом. Она сможет его убедить.
– Допустим. Дальше?
Цзинь Цинь явно смутилась. Он прекрасно понимал почему. Что изменится, если помолвку с тем петухом разорвут? Он ведь не может открыто прийти к ним и объявить, что Цзинь Цинь – его невеста, а значит, отец подыщет другого жениха.
– Мы… мы что-нибудь придумаем, – слабо отозвалась Цзинь Цинь. – Матушка мудрая, все вместе мы обязательно что-нибудь придумаем!
У Минчжу не собирался ни полагаться на мачеху, ни посвящать её в свои планы.
У Сицюэ узнала его тайну и предложила решение. Оно казалось ему правильным, несмотря на возможные риски. Умыкать невесту без родительского благословения не тот поступок, которым следует гордиться. Но не стоит забывать и о том, что предки услышали и дали своё согласие – даровав им красную связующую нить. Это неоспоримый аргумент, даже предрассудки должны перед ним сдаться. Нужно лишь дождаться подходящего момента.
– Всё будет хорошо, – вслух сказал он. Должно быть хорошо! Разве они того не заслужили? Эта маленькая глупышка уж точно.
Но на другой день Цзинь Цинь опять пришла заплаканной.
– Что такое? – нахмурился У Минчжу.
– Свадьбу перенесли, – еле слышно проговорила Цзинь Цинь, шмыгая распухшим от слёз носом. – Она будет через три дня.
У Минчжу растерянно повторил:
– Через три дня? Но почему?
– Отец рассердился. Матушка пыталась его переубедить, но он сказал, что женщины не должны вмешиваться в решения мужчин.
У Минчжу покусал нижнюю губу. Что-то было не так. Что-то не сходилось.
– Твоя мачеха… – процедил он.
Цзинь Цинь помотала головой:
– Матушка пыталась нам помочь. Отец слишком вспыльчив. Он не станет слушать женщину.
– Послушал же он её, когда выбирал тебе жениха, – возразил У Минчжу.
Какими именно словами эта скверная женщина попросила разорвать помолвку падчерицы? Наверняка она намеренно спровоцировала гнев супруга. Была непочтительна или слишком открыто выражала своё мнение – то, чего женщина, по мнению певчих птиц, делать не имеет права. А может, сама и упросила супруга ускорить день свадьбы. Она завидует падчерице, с какой стати ей заботиться о её счастье?
– Мне нужно спрятаться на время. Тогда свадьбу отменят. Какая свадьба без невесты? Лучше всего на западном склоне. Это запретное место. Птицы туда и клюва не кажут. Никто на мне не захочет жениться, если узнают, что я побывала на западном склоне.
– А что не так с этим западным склоном? – машинально спросил У Минчжу.
Уж больно складно она расписала их дальнейшие действия. Эта наивная птичка смогла бы сама до такого додуматься, или ей кто-то «услужил»?
– Ты сама это придумала? – уточнил он, когда она лишь отмахнулась от его расспросов.
– Такое уже случалось на горе. Я вдруг вспомнила.