-Позволь и мне побыть для тебя мамочкой, Блейз, - отнял я у друга бутылку, но тот не обратил ни на слова, ни на мой жест никакого внимания, продолжая в прежнем духе. Видимо, что-то надавило на больную мозоль Забини.
-Ты правильно сделал, что согласился на практику в Аврорате. Работа там развяжет тебе руки, а некоторым укоротит их длинные языки. Поддержка Поттера и его дружелюбный настрой не помешали бы, а вот Грейнджер в качестве любовницы все испортит.
-А в качестве жены? – выпалил я быстрее, чем успел подумать.
Забини изменился в лице.
-Надеюсь, ты шутишь? Только Третьей магической войны нам не хватало!
Блейз поднялся и отошел к общему столику, а я впервые осознал, что хочу того, о чем только что сказал. Я хотел видеть Грейнджер своей женой! Наконец, не придется произносить ее ужасную фамилию, от которой меня с первого курса с души воротит!
Глава 38
(Гермиона)
Сон наяву
После плотного ужина мы вернулись в институт, получив от Виктора сову. Его назначили официальным куратором, который проведет с нами все время пребывания в Дурмстранге. Нотта и Луну это радовало, а вот Забини и Малфой скептически восприняли Крама в роли «очередной наседки». Блейз ворчал, что «еще одного исковерканного варианта своего имени он не переживет», но при этом Хлои ни разу не поправил. Она так и звала его мсье Забини и иногда, забываясь, просто Блейз.
Мадам Максим попрощалась с нами в фойе Шармбатона, оставляя Хлои массу рекомендаций и передавая Виктору Краму и мсье Каркарову ее пламенный привет. Полумна, впечатленная красотой и убранством замка, который на фоне огромного Хогвартса выглядел кукольным, пообещала, что напишет в «Придире» статью, посвященную воспитанию и образованию в институте. Мадам Максим важно покачала головой, скрывая улыбку, но я видела, что ей приятен восторг Луны.
-А теперь в гостиницу за вещами и к месту аппарации, - скомандовала Хлои важным тоном, протягивая каждому из нас памятные сувениры и бумажные пакеты с выпечкой.
Забини она отдавала сверток с мягкой улыбкой, и Блейз задержал ладонь Хлои в своей руке дольше положенного. Нотт закатил глаза, резко одергивая воротник пальто и недовольно косясь на Полумну. Его каштановые кудри от порыва воздуха упали на глаза, и Полумна отвела взгляд, прикусывая губу.
Не знаю, почему я стала замечать подобные мелочи, но меня беспокоила дальнейшая судьба Полумны и Нотта. Теодор написал мистеру Лавгуду и получил предварительное одобрение на помолвку с Луной, но подруга упорно игнорировала решительный настрой Нотта, давая понять, что еще не готова. Как Тео терпел, не знаю, но каждый из нас чувствовал напряжение, стоило ему появиться где-то поблизости. Он буквально искрил недовольством и наэлектризовывал воздух вокруг своим ужасным настроением. Вот и сейчас Нотт выскочил на широкое крыльцо Шармбатона одним из первых, наплевав на уважительное отношение к гостеприимным девушкам и мадам Максим.
-Научись на время забывать о своем приступе дурного расположения, Тео, - попросила я, как только мы оказались снаружи.
-Не тебе мне указывать! – рявкнул Нотт, напоминая мне, что я общаюсь не с Роном, не с Гарри и не с одним из Гриффиндора, а со слизеринцем, взбешенным отказом любимой девушки.
-Не ори, - холодным тоном попросил Малфой, и его бровь снова взмыла вверх. То ли защищает, то ли рефлексирует, не понятно. – Или своей несдержанностью отпугнешь ее еще больше.
Драко покосился на Полумну, которая в это время трясла руку Ли и просила ту «непременно писать».
-Предлагаешь улыбаться и делать вид, что ничего не произошло? – с нескрываемой злостью отреагировал на слова Малфоя Нотт, вцепившись в волшебную палочку и делая той рефлекторные движения в сторону Луны. На всякий случай я загородила ему обзор, мало ли, проклянет.
-Предлагаю вам обоим заткнуться, - тихо произнес Забини, потому что Хлои как раз спускалась по лестнице, призывая нас вернуться в гостиницу, как можно быстрее, чтобы успеть перекусить и собрать вещи.
На этом спор закончился, а настроение Тео только ухудшилось. И некстати на меня напало какое-то сонное оцепенение. Я вдруг перестала воспринимать окружающий мир с прежней четкостью, понимая, что ни ругаться, ни продолжать бесполезный разговор больше не хочется. Желание привалиться к плечу Малфоя и уснуть показалось таким заманчивым, что я попробовала и, не получив отпора, на секунду прикрыла веки.