-Гермиона, я тебя повсюду ищу! У меня через полчаса Колдомедицина с Эмили Калхоун и Джессикой Фишер, а ты все еще не придумала названия нашей творческой группе! Мы даже не встретились ни разу, а слизеринцы, как я слышал, задумали что-то грандиозное!
-Эмм, да, наверное, - залепетала я, хватая с полки первые попавшиеся книги и делая вид, что сильно опаздываю. - Мне пора на Зелья, Захария, и я даже не помню, как выглядят эти девушки.
-О, они такие привлекательные, - зарделся Смитт, - ум и красота в одном флаконе, чего не скажешь о других, - он почему-то задержал на мне изучающий взгляд.
-Послушай, насколько я знаю, каждая организация насчитывает от пяти до семи волшебников. Пригласи Энтони и Джастина, у вас получится отличная команда! Из меня актриса, как из Слизнорта - русалка, и эти бесконечные обязанности старосты: дежурства, организация мероприятий и походов в Хогсмид…
-Нет-нет, Гермиона, - почти взмолился Захария, - я не смогу придумать название и само выступление.
-Так, я нужна тебе только для того, чтобы придумать название? – спросила я, искренне возмущаясь. - Не так уж это и сложно! Как насчет "Креативная семерка"?
-Креативная? - переспросил Смит по слогам, - звучит как-то необычно. А что насчет постановки?
-Сказки Барда Бидля, - прочитала я название книги, лежащей в стопке первой. - Сыграете трех братьев! Пусть Джессика воплотиться в прекрасную возлюбленную среднего сына, а Эмили станет Смертью.
-Нет, нет, что ты! Она слишком... Может, ты сыграешь Смерть? - спросил он, пока я мысленно колотила по его светловолосой пустоголовой тыкве самой толстой из книг.
-Ну, нет! Я обещала тебе помощь, и помогла, а в остальном от меня толку мало! Прости, я опаздываю на зелья, мне еще до подземелий топать! - и, возмущенно сопя, я оставила Смитта наедине с его мыслями.
"Надо же! Какая-то там Эмили слишком красива для того, чтобы сыграть Смерть, а я, значит, в самый раз! Идиот малохольный! Чтоб его мозгошмыги одолели!"
Злясь на Смитта, я не глядя ступила на лестницу и тут же провалилась по самую лодыжку, теряя равновесие и прощаясь с книгами, разлетевшимися в разные стороны. Кто-то крепко приобнял меня за талию, дергая вверх и утыкаясь носом в мою макушку.
-Ммм, они еще и пахнут восхитительно, - услышала я голос Нотта и застонала, мечтая провалиться с головой. - Грейнджер, всегда ходи с распущенными кудрями, это так сексуально!
-Мерлин, Гермиона, - послышался тонкий голосок Луны, - ты растянулась, как первокурсница. Что тебя так отвлекло от реальности?
"И это мне говорит Полумна Лавгуд!"
-Я оступилась, с кем не бывает! – воскликнула я, высвобождаясь из объятий Тео во второй раз за день. Кто-то из студентов свистел нам с нижнего пролета, по-моему, Симус, но я не стала приглядываться.
Луна помогла мне собрать книги и убежала на Колдомедицину, а Нотт благородно вызвался проводить меня до подземелий. Так мы и вошли в кабинет под прицелом убийственного взгляда Малфоя, приглушенного шепота Патил и ледяного молчания Гарри.
Глава 9
Репетиция поцелуя
(Драко)
В Общей гостиной Слизерина, как всегда, ярко полыхал камин, а старшекурсники засиделись допоздна, забравшись, кто на спинку дивана, кто на подлокотники, а кто и вовсе развалившись на темно-зеленом ворсистом ковре, как Уоррингтон. Голова парня покоилась на коленях у Дафны, которая болтала с Пэнси и одновременно с Ноттом. Пока я стоял в проеме, отстраненно подмечая каждую мелочь Общей гостиной Слизерина, старшекурсники обсуждали начало квиддичного сезона, который ознаменует начало октября. Ребята радовались, что найдется повод немного отвлечься от изнурительного учебного процесса. Расписывали тренировки в выданные Макгонагалл бланки, а Уоррингтон бахвалился своим назначением в капитаны команды.
Я долго гулял после ужина, забыв про доклад, обязательный к завтрашнему занятию по Травологии. Именно из-за Нотта и его рвения во всем угодить Макгонагалл, я потратил уйму времени, преодолевая съедавшую меня изнутри злость на друга, Грейнджер и ее закидоны. В замке стало невыносимо душно, поэтому я предпочел выйти на улицу и застрял снаружи дотемна.
"Мерлин, кто одарил гриффиндорскую заучку обаянием, покорившем сердце блаженного Тео? И кто надоумил Макгонагалл поставить Нотта в пару с Лавгуд?! И когда он, Драко Малфой, согласился участвовать в этом балагане?!»
Но отрицать невозможно, из этих двоих получился самый нестандартный союз, вылившийся для меня и Забини в настоящую катастрофу. Блейз до сих никак не успокоится из-за событий прошлого года, хотя давно пора расстаться с мечтой о рыжеволосой Уизли. А теперь еще и Грейнджер... Его хотя бы не заставляли целоваться с Уизли, он сам грезил об этом во сне и наяву, а мне что делать? Одна мысль о том, чтобы вновь дотронуться до Грейнджер вызывала внутри волну брезгливого раздражения. Именно раздражения, потому что ненависть испарилась, как только я увидел ее в начале учебного года. Мне не составило труда объяснить, за что я все эти годы ненавидел Грейнджер – грязнокровку, рожденную маглами, которых мой отец ни во что не ставил, но объяснить, что изменилось теперь я бы не смог. Много раз пытался, но тщетно. Мозг словно клинило, словно что-то ломалось там, в нужных механизмах, в идеальном тиканье и позвякивание, оставляя лишь гулкую пустоту. И с этим вакуумом приходило облегчение и понимание: «Грейнджер больше не враг номер один! Она одна из тех, кто пережил Вторую Магическую войну и делает вид, что не сломался!»