Пока я развлекала себя подобными зрелищами и думала о проигрыше Гарри и победе Малфоя, прошло чуть больше часа. Темнеющий небосвод и пронизывающий холод, от которого заледенели не только мои руки, но и мысли, подтолкнули к решению идти в замок. Скоро ужин, а в гостиной, наверное, улеглась первая волна негодования.
Я уже собиралась развернуться, как наткнулась взглядом на высокую фигуру в темном пальто. Вглядевшись в сгущающийся сумрак, узнала платиновую макушку Малфоя, который шел вдоль вольеров, сжимая в руке золотистый снитч и шепотом призывая на голову Гарри Поттера всевозможные проклятия.
-Грейнджер! - остаться незамеченной, когда мы оказались напротив друг друга, разделенные прутьями вольеров и расстоянием в несколько метров оказалось невозможным. - Берешь пример с Лавгуд? – он кивнул на кивано в моей руке. – Или джарви единственные, кто способен выслушивать твои занудства?
На его лице играла привычная полуулыбка, но на этот раз она выглядела вымученной и неестественной. Встрепанные волосы, торчащие в разные стороны, говорили о том, что Малфой не раз и не два запускал в них пятерню.
-И тебе привет, - устало ответила я на его слова, отступая на шаг назад и злясь на себя за то, что не ушла раньше. Не пришлось бы терпеть от Малфоя насмешки и ядовитые выпады в мой адрес.
Когда мы нормально общались в последний раз? В тот день в Хогсмиде, когда ярко светило солнце, и Малфой по счастливой случайности оказался в благодушном настроении? Но и тогда все закончилось ссорой. Или тогда, когда страстно мечтали слиться в единое целое под действием проклятия Нотта? О, да, в тот момент нами единодушно завладело одно и то же чувство – страсть, только вылилась она в горечь и разочарование. По крайней мере, от Малфоя «разило» и тем и другим, а при моем появлении эти эмоции лишь ярче проступали на его тонком бледном лице.
-Как, по-твоему, Грейнджер, я похож на счастливого победителя? – спросил Малфой обманчиво равнодушным тоном, а я покачала головой, оглядываясь в поисках путей отступления. Малфой сам по себе пугал меня больше горного тролля, потому что я любила его и ненавидела себя за это чувство, а злой Малфой – парализовывал, потому что мне хотелось броситься ему в объятия и утешить или оторвать себе руки и ноги «Бомбардой».
-Он мне поддался, Грейнджер! - заорал Драко, размахиваясь и запуская золотистый снитч в один из вольеров. Мячик легко проскользнул сквозь прутья, а один из джарви даже попробовал его укусить, но заскулил, чуть не обломав острые зубки. - Думаешь, кого-то может обрадовать такая победа?
-С чего ты взял? - я сделала шаг назад и продолжала пятиться, пока не врезалась лопатками в тонкий ствол молодого дуба, сбившись с дыхания. Теперь горящий взгляд Малфоя стал таким обжигающим, что я старалась не смотреть на него, пока Драко мягкими плавными движениями огибал вольеры, приближаясь ко мне и продолжая цедить слова сквозь зубы.
-Не зря Поттер учился у Дамблдора, да, Грейнджер? – проигнорировал мой вопрос Малфой. – Манипулировать людьми, словно пешками, теперь его конек? Вот только никак не пойму, в чем выгода?
Последний вопрос Малфой выплюнул мне в лицо, оказавшись вдруг непозволительно близко.
-Я не понимаю, о чем ты, - попробовала я «достучаться» до разгоряченного этим бредом Малфоя. Гарри никогда бы не поддался ему, несмотря на слова Джинни о «Конфундусе». Нет и нет, только не Гарри!
-О том, Гермиона, - он насмешливо растянул все гласные в моем имени, - что твой ненаглядный Поттер перед началом матча решил припугнуть меня пари. Моя победа – его рассказ о том, что случилось в «Норе», его победа – и ты навсегда остаешься девственницей.
-Что? – от слов Малфоя я поперхнулась ледяным воздухом, а в голове билась мысль, что это невозможно, что Малфой снова все перевернул так, как ему захотелось. – Ты больной, отойди от меня!
-Это я больной, да, Грейнджер? – и его рука врезалась в ствол дерева рядом с моей головой. – А твой дружок решил поиграть в благородство или как это называется?! Что ты ему растрепала о нас с тобой?
-Нас… с тобой? – теперь и во мне бурлила злость, плавно перетекающая в кончики пальцев, которые покалывало от желания придушить Драко Малфоя. – Ты же сам сказал, что нет никаких «нас с тобой» и никогда не будет!