-Чтоб меня, я сплю! Нет, к боггарту, я подхватил редкое заболевание и мне сниться надоедливая Грейнджер, которая с какой-то стати решила, что мне интересен ее гардероб.
-Я здесь вообще-то! – возмущенно прервала меня Грейнджер. – И это важно!
-Важнее то, что мы закрылись в этом кабинете вдвоем, и ты делаешь вид, что между нами ничего не происходит, - стал я вдруг предельно серьезным.
Грейнджер задохнулась и опустила руки с зажатыми в нем платьем, а я стал надвигаться на нее, с ухмылкой оглянувшись на дверь, которую перегородил собой.
«Не сбежит!»
-Важнее то, - продолжал я тихим голосом, - что ты позволяешь себе многое, очень многое, - и я придвинулся непозволительно близко, дернув ее ладонь на себя и прикладывая к своему паху. – Ты позволила себе касаться меня там, где я не касался тебя. Нечестно, Грейнджер!
-Ты же не собираешься?! - Ее глаза увеличились в разы, - Малфой?! – и она отдернула руку, вцепившись в свой наряд.
Грейнджер нервно шагнула в сторону, но я ухватил ее за локоть и прижал к парте, нависая сверху и коленом надавливая на ее сведенные бедра. Она охнула и распахнулась мне навстречу, а я жадно вдохнул аромат страха и желания, которые сплетались в тугой узел во взгляде Грейнджер.
-Не поверишь, это мучает меня со вчерашнего дня. – Признался я ей доверительным тоном, стараясь остановиться. Куда там, фантазия во всю рисовала картинки наших сплетенных тел. - Ты ушла, оставляя меня неудовлетворенным, ты касалась меня, а я тебя – нет! – моя ладонь скользнула по внутренней стороне ее бедра, натыкаясь на край чулка, и Грейнджер испуганно дернулась и тут же замерла, продолжая прижимать к груди алое платья, как щит.
-Малфой, у нас занятие, - умоляющим тоном прошептала она, а я втянул в себя горячее дыхание с привкусом шоколада.
-Угу, - ответил я на автомате, преодолевая последнее препятствие до ее влажных трусиков. Остатки здравомыслия оставили меня, как только Грейнджер вцепилась в мою руку и подалась вперед, насаживаясь на мои пальцы. Я не мог себя контролировать, слыша ее учащенное сердцебиение, хриплое дыхание, срывающееся на стоны и чувствуя влагу на кончиках пальцах.
-Драко… Малфой, - прошептала Грейнджер, запрокидывая голову и подставляя свои припухшие губы для поцелуя.
Все… Меня понесло.
Я впился в рот Грейнджер с жаждой, которую не испытывал, казалось, никогда в жизни. Я нуждался в ее влажных, глубоких, горячих поцелуях, с которыми образ чопорной Грейнджер никак не вязался. Она стонала и терлась о мои пальцы, а я отодвинул край трусиков и дотронулся до нее.
-Нечестно! – Грейнджер тяжело дышала, глядя на меня распахнутыми глазами, подернутыми каким-то безумием. Как же она нравилась мне сейчас, я буквально плавился от ее разнузданной красоты. – Я тоже…хочу.
Она отбросила платье, которое нелепо сжимала в руке, и нашарила молнию на моих брюках, уверенно расстегивая ее и дерганным движением справляясь с пряжкой ремня. Я сдерживал стоны, рвущиеся из груди, помогая Грейнджер стянуть с меня белье и нагло толкаясь возбужденным членом ей в ладонь.
-Аах, - как-то задушено прошептала Грейнджер, изо всех сил стараясь сосредоточить взгляд на своих руках и моем члене, но ее вело, она едва стояла на дрожащих ногах, и мне пришлось подхватить ее под бедра.
-Ты же понимаешь, что я еле сдерживаю себя? – процедил я Грейнджер сквозь зубы, а она вяло кивнула и всхлипнула, отворачивая голову и пряча руки за спину.
-Ты же не… - я грязно выругался, понимая, что чуть не стал умолять ее продолжить.
Грейнджер застыла, словно статуя, только плечи вздрагивали.
- И что прикажешь делать со стояком?
-Прости, я… - она снова всхлипнула, а ее плечи затряслись еще сильнее.
«Мерлин, еще рыдающей и напуганной Грейнджер в копилку моих кошмаров не хватало!»
-Драко, я хочу, но не так, - прошептала она, возвращая ко мне взгляд. Умоляющий, все еще горящий возбуждением и чем-то еще, чем-то, что меня до чертиков пугало.
«И что с этим всем делать?!»
Я отодвинулся и привел себя в порядок, хватая ремень сумки и покидая кабинет с такой поспешностью, словно за мной гналась стая оборотней. Я сам не понимал, зачем сделал то, что сделал, зачем нарвался на ее немое признание, но это был полный абзац, дальше просто некуда!
Глава 24
Хэллоуин
(Гермиона)
Гарри развалился на диване в Общей гостиной, вытянув ноги на соседнее кресло и сыто улыбаясь. Он не волновался по поводу предстоящего вечера, расслабленно наблюдая за дергаными попытками Симуса пригладить свои вихры и тщетной надеждой Невилла на то, что его фрак выглядит идеально, когда он нещадно жал ему в плечах.