-Мерлин, что это за тварь такая? – пискнула Джинни, тыча пальцами в горгулью. – Девочки, и у кого эта отрыжка современного искусства ассоциируется с теплом и уютом?
Я отрицательно покачала головой. Меня, как магнитом, тянуло к книжным полкам, занимавшим две стены комнатки. Сборники заклинаний, учебники по артефакторике, научные трактаты, посвященные редким проклятиям, - столько книг я и в Запретной секции не видела!
-Это не удивительно, - хмыкнула Джинни, наблюдая мой интерес. – Твое-то желание учли, а где же огромная кровать, на которой уместиться три миленьких волшебницы? Я же очень просила кровать?!
-Есть ковер, - утешающее произнесла Луна, присаживаясь на мягкий ворсистый ковер и аккуратно подтягивая ноги. – И много, очень много подушек!
Джинни со стоном упала на спину, отворачиваясь от горгульи и демонстративно показывая той неприличный жест.
-По-моему, она не такая уж и злобная, - попыталась я не содрогаться от вида жуткой статуи, венчающей потолок. Вдруг, это Луна захотела таким образом «украсить» Выручай-комнату, пожелав стража для наших вечерних посиделок?
-По-моему, ты так не думаешь, - уверенно и с лукавой улыбкой ответила мне Джинни, похлопав по горке подушек. – Давайте откроем первое собрание, посвященное нашей дружной компании. Луна? Что ты хотела нам сообщить?
Полумна достала волшебную палочку, потом крохотную сумочку и, наконец, письмо, сложенное вдвое.
-Вот, - она протянула мне письмо, хлопая длинными ресницами, - прочти, Гермиона, я не возражаю.
Я откашлялась и раскрыла лист бумаги, на котором аккуратным и красивым почерком некто вывел всего пять слов: «Навек твой выходи за меня» без единого знака препинания и, конечно, без подписи.
Глава 27
Такие разные волшебницы
(Гермиона)
Джинни развалилась на подушках в Выручай-комнате и блаженно улыбалась, пока я не открыла письмо, протянутое мне Луной, и не прочитала его содержимое.
«Навеки твой выходи за меня»
-Что за бред?! – воскликнула я, держа листок двумя пальцами и вытягивая руку вперед. Мои щеки пылали от негодования и обиды за подругу.
«Раз уж кто-то решился сделать предложение в письменном виде, то хотя бы потрудился бы написать без ошибок!»
-Ты приземленная особа, Гермиона Джин Грейнджер! – упрекнула меня Джинни. – Это так романтично, получать предложение руки и сердца! - протянула она, продолжая улыбаться.
-Прочитай внимательно, дорогая, - язвительно прошептала я в ответ, - ни одного знака препинания. Какое неуважение!
-Пфф, - скривилась Джинни, впрочем, тут же протягивая Луне обе руки для моральной поддержки. – Да, хоть бы и с несколькими ошибками в каждом слове, лишь бы смысл был понятен!
-Не в вопросе женитьбы, - попыталась я настоять на своем. – Ты еще скажи, что для тебя подобное было бы приемлемым. – Я на самом деле опешила, не представляя, как Гарри решается на письменное уведомление о своих намерениях с таким количеством ошибок.
-Но, Гермиона, - встряла Луна в наш с Джинни горячий спор, - это не столь ужасно, как тебе кажется. Но мне бы все-таки хотелось узнать, кто отправил письмо, - поспешно добавила она, боясь то ли обидеть меня, то ли получить новую порцию ободряющих пожатий от Джинни.
-Его принесла сова? А записка была перевязана лентой? Тебе кто-то из парней признавался в любви? – засыпала Джинни подругу вопросами, ни на один из которых Луна не успела отвечать. – Я бы согласилась, не раздумывая! – закончила Джинни свой монолог, представляя, видимо, себя в подвенечном наряде и с венком невесты на голове.
-Ты соглашаешься сейчас на воображаемое предложение от воображаемого партнера, а не помогаешь нам с головоломкой: «Найди адресата!», - показала я на письмо и подвинулась поближе к Луне, желая утешить ту, но Джинни бесцеремонно толкнула меня ногой под попу, и от неожиданности я потеряла равновесие и плюхнулась прямо в гору подушек.
-Джинни!
- А нечего быть такой занудой! Сейчас ты скажешь что-нибудь не то и испортишь Луне настроение, а она, между прочим, только что получила предложение руки и сердца!
-Вообще-то, я получила его сразу же после обеда, - поправила Полумна Джинни, но та ее совершенно не слушала, при этом Луна смущенно теребила в руках послание, пробегая по нему рассеянным взглядом.