Я села на свое место (коленка противно заныла) и потянулась к кнопке включения компьютера. Неужели… нет, конечно, это просто совпадение. И потом, я вовсе не просила отправить Ирину побалдеть под итальянским солнцем. Я хотела, чтобы она ушла из компании. А еще лучше вообще сменила сферу деятельности. Ей подошла бы профессия таксидермиста или патологоанатома. Потому что шкуры она сдирает прекрасно, да и мертвым будет легче смириться с особенностями ее характера, нежели живым. Эх, это немного печально, когда у тебя хороший день, а у глубоко неприятного тебе человека еще лучше… Я легко могла представить Ирину, с прикрывающей светлые волосы широкополой шляпой, лениво прогуливающуюся по благоухающим итальянской едой миланским улочкам. Вот и муж у нее в наличии (второй; а я и первого-то пока не нашла). Почему же она такая вредная?
Пальцы уже щелкали клавишей мыши, глаза скользили по строчкам:
«Итак, используя техники симорона, вы должны помнить о следующих правилах:
Первое: формулируйте свои желания предельно ясно и четко. Указывайте временные и пространственные рамки. Помните, если вы загадываете «Я хочу стать знаменитой», то ваше желание может осуществиться много-много лет спустя, когда ваши правнуки опубликуют ваш дневник.
Второе: Вселенная не любит частицы «не». Для Вселенной фраза «Я не хочу быть одна» звучит так же, как «Я хочу быть одна». Не используйте эту частицу, озвучивая ваши желания, и старайтесь избегать ее в повседневной речи.
Третье: Чтобы Вселенная прислушивалась к вашим желаниям, вы должны оставаться в гармонии с ней. Избегайте негативных переживаний и сами не причиняйте их окружающим. Не используйте грубые слова и не бросайте мусор. Настройте вашу душу на восприятие только позитивной энергии. Иначе вскоре вы обнаружите, что ваши желания более не исполняются».
Какая обидчивая Вселенная. Не успеешь поорать вволю, а она уже надулась. Может, потому она и услала Ирину в Италию и совсем ненадолго, что я повздорила с мамой Эрика? Эх, Вселенная, не стоит все относить на свой счет… Ладно, посмотрим, что еще у нее можно выклянчить, пока она не обозлилась на меня окончательно.
– Может, дело в отъезде нашей злючки, но глаза у тебя блестят как-то ненормально. Пойдем чаю с тортиком попьем, а? – предложила Диана.
С тортиком… интересно, в симороне есть что-нибудь о том, как есть и худеть? Хотя… учитывая, что скоро вносить платеж за квартиру, а деньги на исходе, мой жирок мне еще пригодится. Уходя в кухню, я стыдливо закрыла браузер.
После работы я потратила полтора часа на поиск толстянки (растения с мясистыми листьями, в народе прозванного «денежным деревом»), оправдывая себя тем, что мне нужно гулять больше, пусть даже от магазина к магазину. В итоге толстянка была найдена в «Дрим Лэнде» по возмутительной цене в 600 рублей. Ладно, я все равно давно собиралась украсить облупленный подоконник на кухне зеленым растением… Прижимая добычу к груди, я поковыляла домой на отчаянно ноющих ногах.
Дома я быстро сформулировала желание. Чего я хочу? Деньги. Когда? Да хоть прямо сейчас. Сколько? Чем больше, тем лучше. Из какого источника? Так, что там может быть… Родственники? Однозначно, нет. Повышение оклада? С этим мне, возможно, поможет захват офиса с автоматом, но никак не симорон… Укажем: «Из неизвестного внешнего источника». Теперь нужно было спрятать у корней растения монету самого крупного номинала, но десятки в моем кошельке не обнаружилось.
Дверь в квартиру Эрика была открыта, но я все равно постучалась. У Эрика на шее висела синяя беспроводная гарнитура, как всегда, когда он сидел за работой.
– Эрик, дай, пожалуйста, десять рублей. Только монетой, не бумажные.
Он порылся в карманах и нашел монету.
– А зачем тебе?
– Для моего денежного дерева.
– Денежного дерева? Тогда это оно должно давать тебе деньги.
– Вот для этого я и дам ему монету, – попыталась объяснить я.
– Маленький урок щедрости, – восхитился Эрик. – Может, тебе еще монет?
– Нет, достаточно. Это же совсем маленькое денежное дерево.
– Действительно. Деструктору я тоже установил предел. Нечего баловать.
– Ты потешаешься надо мной?
– Что ты, как можно. Я восторгаюсь твоими педагогическими приемами. Надеюсь, они дадут плоды. Или хотя бы вызовут цветение.
У себя на кухне я аккуратно, чтобы не повредить корешки растения, зарыла монету в землю. Симоронщики обычно использовали рифмованные присказки, но, как я ни старалась, вспоминалось только блоковское: «Ночь, улица, фонарь, аптека,/ Бессмысленный и тусклый свет./ Живи еще хоть четверть века -/ Все будет так. Исхода нет». Поэтому я просто сказала: «Дай денег. Ну, пожалуйста». В ту ночь я легла спать в тайной надежде, что проснусь с банкнотой, прилипшей к щеке. Ночью мне приснилось, что я пытаюсь нырнуть в золотые монеты, как делал в «Утиных историях» Скрудж Макдак, но оказалось, что это больно и неудобно, и я только наставила себе синяков.