Остаток дня я прослонялась возле реки в надежде, что Арсений одумается и придет принести извинения. Понятно, что наши отношения не поддаются ремонту, но у него был шанс хотя бы завершить их по-человечески. Он не пришел. Как показала практика, размер имеет значение. Особенно если он в четыре раза меньше среднестатистической нормы.
Я все еще недоумевала, чем мне считать произошедшее между нами (я не была Казановой, но даже мой предыдущий опыт не позволял назвать эту возню сексом – мы даже не разделись!), когда заметила блеск под водой. Оказалось, это крупный, с ладонь, кусок стекла, гладко обкатанный водой до почти овальной формы. Сколько же лет стекло пролежало на дне реки? Я называла такие находки стеклянными камнями, и в детстве у меня было их два – желтый и синий. Они были моими главными сокровищами, а потом мама выбросила их в мусорное ведро. Я вдруг почувствовала, что мне не хватает вечно ершистого Деструктора и его простецки-дружелюбного отца. Подняв стеклянный камень к лицу, я посмотрела сквозь. Он был зеленым и сверкал как самый настоящий изумруд.
Можно было остаться до утра, но я быстренько собрала свои вещи и уехала вечером. К счастью, у меня сохранилась визитка лодочника. До своей квартиры я добралась поздно и, слишком усталая, чтобы поздороваться с Эриком, рухнула спать, во сне по привычке подергиваясь из опасения, что ко мне подбираются тараканы.
Проснувшись утром, я поняла, что мое настроение не улучшилось. Гадости, которые выкрикивал мне Арсений, продолжали звучать в голове. В поисках моральной поддержки я постучалась в соседнюю дверь.
– Папа спит, – отворив мне дверь, объявил Деструктор. – Он всю ночь работал.
– Тогда не буди его. Игорек… я привезла тебе кое-что, – я достала из кармана шорт и протянула ему речное стеклышко.
Он взял его и начал вращать, недоуменно рассматривая.
– Это стеклянный камень, – пояснила я.
– Это может быть либо стеклом, либо камнем. В данном случае это стекло, – угрюмо возразил Деструктор.
– Когда я нашла его, то сразу подумала о тебе.
– Слушай, – Деструктор отступил в глубь квартиры, – тебе не стоит пытаться подластиться ко мне. Бесполезно. Я всегда буду против того, что ты химичишь с моим отцом. И потом, если ты решила изобразить из себя добренькую мачеху, могла бы выбрать подарочек покруче. Например, диск для PlayStation 3.
– Но камень такой красивый, – пролепетала я.
– Мне не нравится, – отчеканил Деструктор, исчезая за дверью.
Ах так! Маленький поросенок! И нужен мне твой папа-школьник, которому еще расти и расти до моей грандиозной вагины…
Я вернулась в свою квартиру и сделала вид, что сегодня не выходила из нее. Я нуждалась в разговоре, но Аля трубку не взяла, скорее всего, отсыпаясь после очередной вечеринки, а Диана ответила напряженным, усталым голосом:
– Слушай, я на своей стройке, и у нас тут дурдом, извини, – в трубке я слышала сверление, гулкие удары молотка и отборный русский мат с южным акцентом.
Я позволила Диане сосредоточиться на доведении до ума ее будущей резиденции, а сама осталась сидеть, глядя на близкую, казалось, только руку протяни, стену напротив. Из-за всей этой кутерьмы с Арсением я умудрилась избежать набора веса, и сейчас, более-менее стройная, отдохнувшая за неделю, я снова и снова задавалась вопросом, почему жизнь по-прежнему кажется такой паршивой. Похоже, со мной действительно что-то не так, иначе как еще объяснить, почему все мои начинания заканчиваются провалом. И неопровержимый факт – никто из моих предыдущих любовников не пожелал задержаться со мной надолго. В страшной духоте комнаты меня вдруг прошиб холодный пот.
– Перестань, – сказала я себе. – Прекрати.
Но уже включила компьютер. «Очень большая вагина», – забила я в поисковой строке Гугла. Судя по всему, пользователи, озабоченные проблемой большой вагины, делились на две категории: женщины, которые мечтали сделать ее меньше, и мужчины, которые хотели на нее посмотреть (я так и не поняла, заинтересованы они именно в большой вагине или просто согласны на любую).
Среди прочих бесценных сведений я наткнулась на информацию, что если предыдущие партнеры женщины все как один были с богатырскими членами, то однажды она обнаружит, что у нее все так растянулось, что теперь удовлетворить ее сможет разве что конь. Я всполошилась, но после тщательного припоминания облегченно вздохнула – все это время мне везло.