Взявшись за черенок, он медленно его потянул. Леший взвыл, лязгнул зубами и уже было схватил Бранта за руку когтистыми пальцами.
— Отрежу руку напрочь, — сказал Брант.
Снова взявшись за черенок, он выдернул стрелу из раны лешего. Леший полежал, поскулил, и сел.
— Домой дойдешь? Доползешь? — спросил Брант.
— Да.
— Вот и ползи.
Некоторое время леший сидел, прижимая ладонь к ране, а затем поднялся и с трудом заковылял прочь.
— Кушать ему, — проворчал Брант. — Фу, мерзость.
— Не волнуйся, — сказал Нико. — Что-что, а от леших я тебя всегда защищу.
Занимался рассвет.
Брант растреножил коней и, выехав на дорогу, два всадника поскакали вперед, в сторону логического севера Страны Вантит. К полудню лес кончился, началось поле, а на горизонте замаячили очертания большого поселения, возможно города, географически более или менее совпадающего с Кронином.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ. ГОРОД ЭЛЬФОВ
Предместье показалось Бранту неестественно чистым и неуютным. Ухоженные, некрасивые деревянные домики стояли вдоль тщательно вымощенных, идеально чистых улиц. Идеально симметричные газоны перед домиками были пострижены так ровно, как будто высоту каждой травинки мерили линейкой. У каждого домика стояли кареты и колесницы вроде молодежных, виденных в Астафии. Рядом с домиками помещались ровные, стандартные стойла. А пешеходов не было.
То тут, то там, по улице проезжала карета. Брант велел Нико держаться с ним вровень и проехал предместье неспешной рысцой, чтобы не привлекать внимание. Ни одного жителя он так толком и не разглядел. Во всем этом было что-то порочное, неправильное и неприятное.
За предместьем последовала окраина, общий вид которой более или менее совпадал с представлениями Бранта об окраинах вообще. Дома стали выше и грязнее, на дороге лежал неровными слоями противно пахнущий, неопрятный мусор, появились пешеходы — подозрительные, в грязной одежде, мрачно смотрящие на путников. Лица у эльфов были смуглые, гораздо смуглее даже артанских. Ничем, помимо цвета лиц, эльфы от людей, по-видимому, не отличались. Во всяком случае, так решил Брант. Несколько раз к нему неразборчиво обратились, и, делая вид, что очень спешит, он отвечал «Не знаю».
А Нико окраина очень понравилась, и он даже хотел несколько раз спешиться и пройтись пешком.
Вскоре они прибыли в центр. Улицы здесь были шире, чем в Кронине, а дома выше и чище, но общая планировка города весьма напоминала восстановленный университетский город в Ниверии, и даже таверны попадались в тех местах, где они были в Кронине. Правда, вместо известняка преобладал кирпич. Но все же. Совпадения произвели впечатление на Бранта, но оставили Нико совершенно равнодушным — возможно, он их просто не заметил. Пешеходов было много, но и карет тоже.
Брант опасался подвохов, боялся, что сейчас в них признают чужаков и что-нибудь по этому поводу придумают, но вскоре понял, что никто на них, в общем-то, не собирается обращать внимание. На месте Кронинского Университета высилось здание, весьма напоминающее учебное заведение, и за углом Брант обнаружил — да, таверну.
Они спешились и привязали коней к столбу.
Нужно было остановиться на ночлег и навести справки. Нужно было входить в контакт с населением. Нужно было искать тот самый «внутренний лаз», указанный Бранту Хевролингом. Нужно было следить за Нико, чтобы он не потерялся. А Брант устал и хотел спать.
Хозяин трактира, улыбчивый толстый эльф, с радостью согласился сдать им комнату наверху, спокойно принял от Бранта две золотых монеты с профилем Жигмонда, не оспаривая их достоинства и подлинности, и дал сдачу медяшками, а девушка, уносившая вглубь помещения поднос, возможно дочь хозяина, обернулась и сделала Бранту, а не Нико, глазки, возможно потому, что еще не знала, что Нико умеет уходить змейкой.
Брант недоуменно обнаружил, что на некоторых из медяшек красовался все тот же жигмондов профиль.
Прибыв в комнату, Нико сказал, что хочет полежать на постели четверть часа, завалился на кровать, и задремал. Бранту тоже очень хотелось спать, но он знал, что не уснет, пока не ознакомится с обстановкой. Все-таки Страна Вантит — не Ниверия, и город эльфов — не Кронин, несмотря на совпадения, похожую одежду, архитектуру, и прочее. Брант присел на край кровати и потряс Нико за плечо.
— Ммм? — спросил Нико сонно.
— Ты, Нико, вот что, ты никуда без меня здесь не выходи, хорошо? Я скоро вернусь, а ты лежи и спи себе, ладно?
— Ммм, — сказал Нико.
— Нет, ты все-таки уясни себе… Нико! Я говорю, уясни, что выходить без меня никуда тебе нельзя.
— Можно, — сказал Нико сонно.
— Нет, нельзя, — возразил Брант твердо. — Уясни. Понял? Не надо. Нет. Нико!
— Ну?
— Мы об этой местности ничего не знаем, ни ты, ни я.
— Я все знаю, — сказал Нико. — Это Страна Вантит. Я здесь сто раз бывал, ничего незнакомого для меня тут нету.
— Нико, — сказал Брант, сдерживаясь. — Пожалуйста, как друг тебя прошу, не выходи никуда без меня. — Брант помолчал, наблюдая, как Нико закрывает глаза и задремывает. — Вот кретин, — сказал он в пространство. — Не сговоришь. Шляется по территориям, как обезьяна с раскидаем, влипает в истории. Нико!
Нико захрапел. Брант накинул плащ и вышел.
Лошадь его стояла, привязанная к столбу. Лошади Нико нигде не было видно. Брант оторопел и на некоторое время застыл перед столбом, глядя на коня, а конь глядел на него.
Вернувшись в таверну, Брант подождал, пока хозяин выдаст сдачу какой-то молодой паре, любящей оспаривать и торговаться по поводу пунктов в счетах, и изначально подозревать мошенничество в людях некоторых профессий, подошел, и спросил:
— А скажите… Вот мы привязали двух лошадей там, а теперь одной нет… куда она могла запропаститься?
— Где привязали? — спросил хозяин, делая удивленные круглые глаза и улыбаясь снисходительно.
— На улице.
— Ну, а чего же вы ждали? Это ведь Город, а не Периферия. Лошадь вашу украли.
— Как — украли?
— Так. Отвязали, сели, и уехали. Вы откуда? Эх, простота. Ну, давайте мне ползолотого, я оставшуюся в стойло отведу, а то ведь тоже украдут.
— Ползолотого? Почему так много?
— Обычная цена за стойло, — хозяин пожал плечами. — Не хотите, не надо.
Брант выложил несколько медяшек на стойку.
Мысль, что лошадь могут украсть, просто не пришла ему в голову. В Ниверии краденую лошадь некому было продать, а самому ездить на краденом коне опасно — существовал закон, введенный кем-то из великих князей, поддержанный и подтвержденный в свое время Жигмондом, и ужесточенный недавно Фалконом — за кражу лошадей просто вешали за ребро или сажали на кол. Посему и в Колонии Бронти, и в Кронине, и в Астафии лошадь можно было оставить где угодно, на любой срок, и никто бы ее не тронул. Очевидно, у эльфов такого закона не было.
Снова выйдя на улицу, Брант направился в сторону реки.
Пешему видно больше, чем коннику, а в городе эльфов было на что посмотреть и чему подивиться.
Несмотря на то, что по улицам ходили пешеходы, количество карет было совершенно фантастическое, а многие кучера были одеты вовсе не по-кучерски. Окна карет были завешены, и Брант поймал себя на мысли, что до сих пор еще не видел ни одной приподнятой или отодвинутой занавеси в этом городе. Любопытство взяло верх над деликатностью. Воспользовавшись тем, что несколько карет остановились, пропуская вереницу других карет, следующих по поперечной улице, он подошел вплотную к одной из них и отодвинул занавесь. Он рассчитывал, что из кареты ему выразят возмущение, но этого не произошло. Брант заглянул внутрь — в карете никого не было.
Он отошел к краю улицы, чуть не ступив в сточную канаву, и оглядел вереницу карет с кучерами на облучках. Вовсе это были не кучера! Обыкновенные жители города, в обыкновенной одежде. Кто-то собирался в гости и был одет парадно, кто-то следовал по делам и был одет делово.
Брант прикинул, что от окраины до центра они с Нико доехали примерно за четверть часа, почти шагом, ввиду большого количества карет и частых из-за этого остановок. Значит, путешествие от центра до окраины пешком занимает, ну, три четверти часа максимум. Зачем же столько карет? Брант предположил, что все эти люди возвращаются из-за города, или едут за город. Нет, это тоже не представлялось правдоподобным.