Широ знал, что угрозы не пустые. Из них двоих Кьюриз куда сильнее ненавидел Свет и Тень. Точнее как – Широ считал их неудобством, которое постоянно надо учитывать; а вот у Кьюриза уж давнее желание свести счеты.
У него были причины.
- Поэтому я расстроен, Широ. Сижу в этой комнате и пытаюсь понять, что мне делать, когда они в очередной раз нашли, как меня задеть.
- Снять проклятье – Свет назвал свою цену за то, что не будет вмешиваться в твою жизнь.
- Потом придет Тень и тоже торговаться начнет? И вот я уже не заметил как, а их ошейник вновь на моей шее? И я по их приказу опять…
- Ну, пока Тени сложно сюда приходить, я не в состоянии ее принять без своей силы, - перебил его Широ. – Так что задумайся, стоит ли мне ее возвращать.
Широ получил уничтожающий взгляд в ответ. Похоже, Теневой козел вознамерился вернуть силу Широ, чего бы ему это не стоило.
- Не говори глупостей, они мне сейчас не помогают, - попросил Кьюриз. – Мне не нравится, когда меня вынуждают делать что-то. Особенно, если это Свет и Тень.
- Ты все равно хочешь спасти человека, который тебе нравится. Без снятия проклятья будет сложно. Считай, Свет подтолкнул тебя к решению.
- Мне не нравится человек, - запротестовал Кьюриз. – Это абсурд. Просто иногда я увлекаюсь. И там уже все закончилось. Совершенно точно. Сходил сегодня да закончил. Но и там вышло все не так.
- Хорошо.
- Я хотел тихо уйти, поблагодарив… - Кьюриз отчего-то примолк, а Широ вопросительно вскинул брови – какие еще благодарности для Ричарда Рида? – Я просто хотел уйти после разговора с Ричардом Ридом. Но на него напал Гилберкон. Даже объяснить толком не смог, зачем это сделал. Думаю, происки Света уже тогда начались или просто Гилберкон – болван? Пусть Лэолин теперь разбирается с последствиями.
- Хорошо, - повторил Широ.
Кьюриз выглядел недовольным:
- Это все, что ты скажешь?
- Ты ждешь осуждения? – поинтересовался Широ. – У тебя сложный путь, Кьюриз. Пока боги сражаются между собой и частенько этим мешают, тебе приходится постоянно помнить о Свете и Тени, у которых ты выгрыз себе свободу. А они никак тебя не простят и продолжают мстить. Дотянуться до тебя не могут, это так; для этого им надо выйти оттуда, где они прячутся, и явиться перед тобой. Только… похоже, Кьюриз, очень они тебя бояться. Странно только, ведь сила, которой они боятся, проклята. И пока я проклятье не сниму, никому не угрожает.
Кьюриз многозначительно посмотрел за окно:
- Это так она не угрожает?
- Я бог проклятий, а не всего сущего, - хмыкнул Широ. – Я помог тебе ослабить ее влияние, но полностью запечатать даже я не в состоянии. В конце концов, Свет и Тень вложили ее в тебя для дел разного уровня сложности. Вопрос, зачем им нужно, чтобы ты распечатал ее обратно. Так ты опаснее и для них в том числе.
- Если предположить, что Свет пришел втайне от своей сестрицы Тени, то означать может только одно. Тень успела выпустить сюда что-то такое, чему нужен противовес. Я же говорил тебе не раз, они так развлекаются – одна придумает какого-то бога, второй ему противоположность, и следят за их стычками, пока кто-нибудь не умрет. Развлечение, веселье и мимолетный интерес, который тут же забывают, стоит игрушкам поломаться. К сожалению, этот цинизм я от них унаследовал.
- Нет в тебе цинизма, Кьюриз.
- О, да, может напомнить тебе…
Широ тут же прервал друга:
- Сейчас на тебя многое свалилось. И ты хочешь быть как я… Безразличным, когда вздумается. Заинтересованным, когда захочется. Но ты совсем не такой, Кьюриз. Нелюдимый ты потому, что безразличность тебе чужда. И бессердечность эта твоя родилась для того, чтобы привязанностей не было. Мы же оба знаем, что происходит, когда ты действительно привязываешься к кому-то.
Кьюриз отвернулся к окну, поджав губы.
Широ ли не знать. Он-то прекрасно осведомлен, как все это у Кьюриза работает. Добровольно согласился стать объектом страшной божественной привязанности. Той, которая до конца жизни в покое не оставит. Кьюриз так устроен; кто ему важен и дорог – получит все. Но в этой связи лучше никаким сомнениям и печалям не появляться, иначе буря – это меньшее, что может случиться.
Мор – это не случайное хлесткое слово в его адрес, а весьма точное определение.
Беда была в том, что сам Кьюриз, все его сентиментальности и необычные силы связаны между собой так крепко, что не разделить. О том и предупреждал в свое время Свонк – не каждому дано пережить Кьюриза. Не для всех он; да и создан был не для привязанностей. Он ужас, дарящий самое яркое наслаждение.
Он дарит…
Широ вздохнул. Он свои силы оценивал трезво и решил, что его все в Кьюризе устраивает. Других друзей не надо. Кьюриз собой сотню заменит.