Можно было понадеяться, что булыжники аккуратно перевезут в замок инквизиции, а боги придумывают, как же их там безопасно хранить, но Широ слабо верилось в эту идею. Люди такой магией попросту не обладают, не ясно даже, как им вообще перевезти булыжники с места не место, не навредив себе. Что до богов… Широ не был уверен, что они знают, как защитить окружающий мир от фона камней с его силой. До всей этой истории им помогали контуры Синего замка. Но их Широ лично изготовил своими руками и поразительными умениями, а имелись ли такие таланты у других богов? У единиц имелись; но именно эти умельцы никак помогать не будут. Широ в этом был абсолютно уверен.
Вот и выходит, что извлечение булыжников из Синего замка неизбежно, а что с ними дальше делать – только Свету с Тенью известно. Кстати, не худший вариант обратиться к ним за помощью, но Широ уже смекнул, что проще вступить в это соревнование самому и вернуть себе силу. Да, выходит не так идеально, как ему хотелось. Не боги, признав свою неправоту, возвращают ему силу, а он все делает сам, но тут уж обстоятельства складываются так, что не до красивых жестов и царственного ожидания.
Хоть Широ и недолюбливал людей, однако же, откровенного зла им не желал. А уж катаклизмов Ренду и подавно.
Если задуматься – вся эта идея лишить его силы была очень глупой и дурной. Но что судить богов, которые боялись его возвращения больше, чем чего-либо вообще? Только сочувствовать.
Широ задумался о том, что не стоило потакать их глупости. Не надо было пятнадцать лет назад давать им творить сомнительное правосудие. Но тогда они бы продолжили его ненавидеть только больше. Как ни посмотри – идеального решения не было.
Но текущее положение вещей выглядело каким-то… абсурдным. И ловко обставленным, вот что. Да, Лэолин, конечно, зря проболталась своему любовнику из инквизиции, но камни с силой Широ начали фонить до этого. То, что Лэолин божественный секрет рассказала, только упростило инквизиции расследование, но не больше.
Вопрос в другом. Кто же этот смельчак, что заставил камни фонить да так, что весь Донвиль накрыло ровным слоем магии Широ? Контуры Синего замка не могли сломаться. Способ, которым Широ их возвел, был особенным и при том универсальным. Сами контуры нельзя было разрушить. Если уж быть совсем точным – Широ их даже не возводил. Они были всегда. Но об этом – позже.
Куда важнее, кто все это придумал и решился осуществить? Явно не боги – у них теперь хватает проблем с инквизицией. Мяч-то, выходит, на стороне людей сейчас; они с этой истории могут получить приличные отступные, и что же попросят?
Широ нахмурился. Много ли он знал заступников за род людской да еще и таких, что способны на отчаянные решительные шаги? Такие, чтобы поломать защиту Синего замка и подвергнуть опасности целый город ради…
Кстати, ради чего? В чем план-то? Зачем это все?
Широ с непонимающим видом посмотрел на коня, что привез его сюда. Тот лишь поводил ушами из стороны в сторону и отвернулся.
Так много вопросов, как мало ответов.
Широ рассматривал потертые, грязные и обильно поросшие плющом стены замка максимально бесстрастно, хотя внутри него все кипело от возмущения. В его памяти это были чудесные массивные башни и стены, одетые в насыщенную синюю облицовку. Мрачная и грозная крепость, которая полностью соответствовала северному характеру хозяина. Сейчас же она похожа на каменный сарай с разбитыми башнями, который держался на ветру лишь волею судеб. Здание было в настолько запущенном состоянии, как будто тут столетиями никто не жил и внутрь не ступал.
Строение получило худшее развитие – стало неприметным, грязным и совершенно никаким. Лишилось лица, лишилось образа, характера и… слова в голове Шииротайовина кончились, он едва не забыл, зачем вообще сюда приехал. Униженная в его глазах крепость лишила его дара речи.
Конь равнодушно жевал траву, нисколько своего всадника не поддерживая.
Кое-как справившись с чувствами, Широ шагнул вперед.
Огромные ворота крепости не были закрыты. Широ подозревал, что их однажды приоткрыли так, чтобы могла проехать лошадь, да так и оставили. Беглый взгляд на петли это подтверждал – они проржавели так, что спасения им нет. Только замена.
Широ скользнул во внутренний двор, где трава была полностью вытоптана, а жалкие ее остатки росли где-то вдоль стен. Он остановился ненадолго, осмотрелся, затем сделал несколько шагов вперед. Он знал, что работники Синего замка используют только тот корпус замка, который ближе всех к воротам. В него-то ему и нужно было попасть.