Инквизиция — это система. Может быть даже армия, если бы Ренд хоть с кем-то воевал.
Йина все понимала. Это такая расстановка сил в стране.
Все в Ренде поделено между Великими семьями, богами и инквизицией. Вот эта троица всем заправляет. А простые люди вроде Йины только и делают, что пытаются как-то крутиться в хитросплетении правил и законов, которые пишутся, пишутся, пишутся, не прекращаясь.
У Йины Берг обычная фамилия. Дайте-ка подумать, что это значит.
Йина — свободный человек. Это хорошо. Однажды потеряв фамилию, становишься рабом. И весь твой род — тоже. Почти ни одной лазейки не осталось, чтобы освободиться, поэтому за фамилию надо держаться, а тысячи правил инквизиции — соблюдать.
Рабы очень нужны. Бесплатный труд же. Все затраты — на еду, бараки да одежду для них, а в ответ — любой труд. Будь то ручной или умственный. Среди рабов и чароплеты есть, и математики, и выдающиеся плотники. Рабы нужны, очень нужны Великим семьям, возможности заполучить новых они не упускают.
Но Йина — свободный человек. Простой фамилии. Что же еще это дает?
Можно было бы пойти в инквизицию. Дослужиться, например, до рыцаря. Но в высшие эшелоны — командоры, главы корпусов — прохода практически нет и не будет. Отпрыски Великих семей; их приближенные не знатных фамилий, но верно им прислуживающие; боги (а вы что думали — боги тоже работают)… Вот, кто занимает эти должности. Их не перепрыгнуть, эту золотую вездесущую троицу.
Когда Йина выпустилась из академии Донвиля в ранге старшего мага, она уже знала, что будет делать. В инквизицию не пойдет. Гулять по улицам в черной кожаной куртке — это не предел ее мечтаний. Она магии училась, заклинаниям, чудесам и невероятным вещам, и все это не ради того, чтобы до конца жизни какой-то глупый ранг носить и быть одной из сотен. В этом нет ни ума, ни гордости. Так она считала.
Путь оставался только один — идти в какой-нибудь замок. Суровая реальность — вчерашних выпускников незнатных фамилий вовсе не ждут с распростертыми объятьями в замках. Там заказы один за другим, делать надо быстро да переходить к следующему. А от новичков какой прок? Реальной магии не видели, только по учебникам символы на траве рисовали. Чем помогут? Да на них только время тратить.
Йину готов был взять на работу только Синий замок. Хорошо Йина помнила тот день, когда получила от них пригласительное письмо. Сами ее нашли, сами же работу и предложили. С проживанием, небольшим жалованием и предупреждением, что выходные могут быть не всегда. Но Йина согласилась.
Ее мечта сбывалась. Она не просто свободный человек — она свободный маг. От инквизиции, от Великих семей и богов. Маг, творящий чудеса. Живущий в старой Синей твердыне, запрятанной в западных лесах. И оказавшийся среди таких же единомышленников и влюбленных в свое дело людей.
Пожалуй, тут стоит сделать поправку — Дан Вэй в этот круг никак не входил.
Йине тут же вспомнилось, как какой-то тяжелой неделей все были заняты одним из заказов для восточного хозяйства и не спали ночами, чтобы вовремя сделать работу. Заказ оказался сложным, у чароплетов не выходили нужные заклинания, они часто ошибались, а маги выбились из сил, часами без перерыва активируя каждую новую их версию.
Активировать целый магический контур — это очень, очень тяжело и для тела, и для нутра. Магия проходит через твое тело, заполняя его полностью, и в такой момент кажется, будто бы ты — это уже не ты, а мешок с магической пылью. Это страшное чувство опустошения Йина едва ли когда забудет; этот опыт был для нее впервые, но благодаря другим магам замка она смогла его пройти.
Утром, едва поспав, уставшая, но готовая продолжать несмотря ни на что, Йина рассказывала Нерро, как далеко она продвинулась с Киром — своим напарником-чароплетом — какую часть контура им удалось построить, а что еще предстоит. Она и Нерро так погрузились в обсуждения, головы их ныли от сложности задач, а кофе уже и вовсе перестал помогать.
И в этот момент Йина решила размять шею, повертев головой из стороны в сторону. Картина, которую она застала, возмутила ее до глубин души:
— Нерро, почему Дан Вэй спит прямо за столом? — прошипела она тогда.
Нерро спокойно повернулся к его столу– действительно, тот сгреб в кучу какие-то конверты для мягкости и опустил на них голову. Он крепко спал, нисколько не обращая внимания на мерный шум в рабочей гостиной. Даже солнце не мешало ему, скользя теплыми лучами по щеке и лбу. Дан Вэй выглядел удивительно умиротворенным.