Йина встала за одно из деревьев и еще раз посмотрела на небо. Тучи скоро разойдутся, и луна осветит идеальный газон перед дворцом мэра. Йина перевела взгляд на него и удивленно вскинула брови. Глаза ее быстро привыкли к темноте, поэтому она легко разглядела, что посреди безукоризненно ровного газона уже кто-то был.
Фигура, одетая в черное, стояла на фоне бледного дворца, мрачно расползающегося по округе. Дворец так огромен, что своим фоном мог бы поглотить эту фигуру, но нет, Йина хорошо ее различала.
Тот человек посмотрел на небо, как и Йина. Девушка нахмурилась.
Кто бы это мог быть?
Давление магии вокруг было еще сильнее, чем на улицах. Йина даже не заметила, как прислонилась к дереву в поисках опоры. Нет, объемы с ног не сбивали, это все волнение внутри подтачивало. Не давало покоя и мешало собраться. Она же не просто так сюда пришла; не великолепно чудовищный дворец рассматривать, который явно не человеческая рука создавала.
Но мысли, хорошие добрые мысли Йины меркли в голове, как бы девушка за них ни держалась.
Магия. Ее много.
Газон, кажущийся серым из-за отсутствия нормального освещения, ровная его поверхность как у подноса.
Чья-то тонкая фигура, которая легко сломается, если на нее надавить.
Бледный изукрашенный камень дворца, не желающий собираться в единую композицию.
Все это вдруг стало таким странным, нереальным, что Йина схватилась рукой за голову. Какое-то темное наваждение, с которым она ни разу в своей жизни не сталкивалась. Странное чувство… подобие голода, но не того, когда желудок липнет к спине. Это другого рода голод. Йина нервно сглотнула. Что происходит?
Человек в черном отвернулся от неба.
Йина, хорошо помнившая план контуров дворца, прикинула и решила, что человек встал ровно между первым и вторым его слоем. Это если, конечно, контур работал. Первый слой пропускает всех, но запоминает гостей; второй, в зависимости от режима (а их несколько!), или не пускает вовсе (вдруг, на город напали?), или пускает, но предупреждает об этом стражу дворца (ведь ночью мэр в гости никого не ждет). Это если очень кратко описывать весь арсенал магического контура. На деле Синий замок создал удивительную и сложную защиту дворца мэра. Это штучная дорогая работа, которую, по мнению Йины, замок сделал за бесценок. Да, не везде идеально, было, к чему придраться, но все равно…
Сейчас же никаких слоев не видно — по правилам хорошего магического тона их скрывали отдельным заклинаниями, но Йина и не могла заставить их появиться. Слишком темно, а луна все еще пряталась в тучах, пытаться даже не стоило.
Да и далеко не у всех получится заставить кисть работать при свете луны. Это лотерея, в которой обычно проигрывают. Маги давно уж не пытаются что-то изменить; ночь не их время, и они с этим мирятся. Они дети дня; и днем творят чудеса. Они не боги, чтобы быть всесильными.
Человек с лужайки невысоко поднял руку и тряхнул ладонью, упакованной в перчатку. На улице, конечно, холодно, но разве настолько?
Пальцы ладони дернулись в загадочном движении, потом сжались в кулак; и вот его уже направили в воздух перед собой.
От кулака в темном воздухе разошлись в разные стороны длинные кривые полосы. Как если бы стекло разбивали кулаком. Только полосы блестят красным с золотым словно тлеющие угли и расходятся по воздуху на несколько метров в разные стороны.
Йина сильнее схватилась за дерево.
Контур работал. И он не просто работал. Он идеально выполнял свою функцию — защищал и не пропускал.
Йина нервно сжимала в другой ладони маленький металлический мячик, который маги использовали в работе для проверки прочности заклинания. Мячик этот позволял определить примерную силу удара, с которой проверяют заклинания; ведь частенько бывает, что младшие маги недостаточно постараются, активируют что-нибудь, а оно едва ли способно жить в реальной жизни. Без проверки никуда — вот и придумали простенькие артефакты.
Обычно как было — контур уже написан и активирован, работа готова. Тогда маги приступали к финальной проверке, сможет ли построенная ими цепочка заклинаний жить в реальной жизни и не развалится от дуновения ветерка?
Маг или держал артефакт в руках, или клал рядом с собой, потом вызывал кисть, направлял в нее магию и следил по мячику, сколько именно уже вложил в кисть. Когда, по его мнению, объема было достаточно, то или просто бил по контуру кистью (популярный способ среди начинающих), или активировал какие-нибудь хитрые и сложные заклинания, которые проверяли весь контур на целый ряд угроз (а так работали старшие и верховные маги).