Главная семья требовала раскрытия секрета их удивительной магии кукловодов. Требовала вынести наружу знание, а часть его продать богам, за что те в ответ обещали баснословную протекцию всей Великой семье и вознесение ее во главу всего Ренда на веки вечные. Цена знания кукловодов была так высока, о такой даже помыслить было нельзя.
Приближенные главы Ийве Инг привели с собой низенькую черноволосую девушку и назвали ее представителем богов. Нерро, пусть и от рождения аристократ, да так богиню в первый раз и увидел. Не любили боги, знаете ли, на севере гостевать. Богиня обещала славу, власть, богатство, словом, все, что угодно в обмен на толику знаний кукловодов.
Нерро был испуган тогда вовсе не от явления богов и их требований. Он был поражен предательством главной семьи, ведь они обязаны были хранить эту тайну, они должны были охранять всех Ийве и их знания от посягательств богов, но вместо этого решили продать их уникальную магию в обмен на божественные обещания? Богатство знаний кукловодов, которое безраздельно принадлежало только северу и могло бы его защитить, решили пустить с молотка? Нерро, как и любой кукловод, воспитывался в идеалах того, насколько уникальна их магия и как важно хранить ее секрет. Ни разу еще тайна их магии не покидала пределов семьи. Но что же будет теперь? Примут ли Ийве Инг их отказ? Вспомнят ли, чего ради соблюдение всей этой тайны?
Нерро вернулся обратно к гостевой зале и уже стоял в дверях за спинами гостей, со страхом наблюдал он, как всех Ийве сгоняют в центр большой залы, что разом стала походить на клетку. Окна занавешены, свет приглушен, а покинуть залу невозможно. За спиной Нерро уже вырос какой-то Ийве Инг, и мальчишка от страха не решался даже повернуться и посмотреть, кто там притаился.
⁃ Не позволяйте им к себе прикасаться, - предупредил кто-то. - Хватать только рукавицами.
Обычная одежда не была сильным препятствием для кукловодов, но рукавицы, о которых шла речь, нейтрализовывали любую магию в принципе.
⁃ Мы теперь пленники? - поинтересовался глава Ийве.
В слабом освещении он решил дать отпор. Как и остальные Ийве.
Нерро не верил своим глазами. Семьи, что еще вчера были связаны по крови, собираются сражаться друг с другом? Всего лишь из-за неподчинения? Но ведь… Они могут ранить друг друга. Или того хуже, если вдруг слишком сильно заденут, то…
Когда перед Нерро упал его обезглавленный дядя, а кровь из его тела принялась расползаться отвратительной лужей по полу, он весь затрясся, не в силах поверить в то, что происходит. Это… убийство? Здесь убили человека?..
Как такое возможно? Ведь в Ренде убийство человека – это худшее, что можно совершить, это ведь отвратительно, не по-человечески вовсе и против природы!
Следующее тело упало на пол без головы, а затем раздался крик:
⁃ Молодых оставляйте в живых, эта магия все еще нужна!
Нерро в общей суматохе и криках попятился, не зная, чего именно он хочет – сбежать или заорать от страха. Все это должно прекратиться прямо сейчас, но почему же вообще происходит?
Он видел, как одного из его старших братьев поймали рукавицами, но тот тут же воткнул себе нож в горло.
Нерро должен будет сделать то же самое, если его поймают. Вот только умирать ему не хотелось точно. Он попятился еще, и его спина уперлась во что-то твердое. Нерро задрал голову и тут же узнал Тоггарда.
Стало страшно. Этот человек тоже попытается его схватить? Нерро рос с Тоггардом и не знал никого роднее, так что же теперь будет? Вот так за одну ночь они перестанут быть семьей и превратятся во врагов? Из глаз Нерро полились слезы. Теперь уже пора доставать нож, что он обязан был всегда иметь при себе? Верил ли когда-нибудь, что придется им воспользоваться? Как и все его братья и сестры, проходя обучение, легкомысленно относился к главному – этот нож для защиты вашей магии, но не ваших тел.
И когда придет момент, не раздумывая умертвите себя, но тайну магии сохраните.
Глядя, как один за другим они вспарывают себе горла этим ножами, он затрясся, еле удерживая себя на ногах.
⁃ Я не хочу… - прохрипел Нерро, глотая позорные соленые слезы.
Тоггард медленно кивнул, закрыл ему рот ладонью и быстро утащил его во тьму прочих залов. Тоггард нес его коридорами, старыми, забытыми, пробираясь к нижним этажам, которыми можно было бы выбраться с плантации. Нерро обмяк в его руках, едва ли соображая, что происходит. Перед его глазами были обезглавленные трупы, кровь, чьи-то глаза на выкате и вывалившиеся от смерти языки. Тяжелый запах не покидал носа, а чужие крики все еще стояли в ушах.
Было очень жарко, июль на плантациях – самый безжалостный месяц. Магия бьет ключом в землях севера, что создает плодородный сезон под куполом теплиц, но ненавистный для жизни внутри него период.