Ивьен был невероятно удивлен. Наверное, впервые видел, чтобы порождения-слуги покидали земли Фиолетового замка. Тем более ради другой работы.
- Порождения-слуги навсегда связаны с Фиолетовым замком, поэтому никаких иных записей о нас быть и не может, - объяснил счетовод. - Вам ли не знать, господин инквизитор.
- Фиолетовый замок весьма далеко отсюда, господа. И законность вашего тут нахождения…
- Мы не смеем отказывать в приказах нашей уважаемой госпожи, - театрально поклонились они Амике. - Поколения будут сменяться, кумиры вместе с ними, но госпожа Амика – навеки в наших сердцах. Ее воля была такова – помогать ей здесь, пока она доказывает свою верность божественному сообществу. Мы не посмеем отказать. Мы верны нашей божественной госпоже.
Красавица-богиня, как и подобает ее статусу, царственно улыбнулась, не вызвав не единого сомнения в словах счетоводов. Но вот какое дело – многоуважаемая Амика не имела никакого отношения к тому, что эти два счетовода тут работали. Ей самой было безумно интересно, что их сюда заманило работать вместе с Дан Вэем. Шииротайовин? Кьюриз? Кто смог уговорить двух слуг покинуть Фиолетовый замок, к которому они едва ли не жилами привязаны?
Так еще и удивительным было не только это. Общеизвестно, что порождения-слуги довольно хороши в том, что касается ручного труда; они очень упрямы, усидчивы и выносливы, но совершенно не приспособлены к умственной деятельности. Они обладают магической силой, порой не маленькой, но прикладывают ее исключительно к своему труду. Однако вести с ними разговоры дальше простеньких приказов – бессмысленно. Какие-либо решения они могут принимать лишь сообща, будто бы имея один общий разум на всех, но при том все по отдельности умом крайне слабы.
Судя по выражению лица Ивьена, его беспокоили ровно те же вопросы и сомнения. Ситуация выглядела слишком сказочной даже для их сказочного мира. Что-то было явно не так, но подобраться ближе к тайне Ивьен просто не мог – он не собирался выдавать своего божественного происхождения тем, кому об этом знать не стоит. Например, инквизиторам-людям. Или той же Эйдиен.
А еще хитрые лица этих слуг нервировали. Они как будто сообщали ему, что он совершенно бессилен, а любая попытка вызнать побольше окончиться для него полным раскрытием личности. На их лицах сияло ничем не прикрытое превосходство.
Ивьен Гаусс был обескуражен и ошеломлен. В свой адрес он подобного давно не встречал. Даже от богов. Даже от тех богов, которые знали тайну его личности. Ивьен-Вирго был слишком значимой фигурой в прошлом, чтобы кто-то позволял себе так себя с ним вести.
Никому, кроме Лабери, не видимый монстр Соёк довольно щурил свои бирюзовые глаза. Вид сбитого с толку Ивьена его очень даже веселил. Соёк наслаждался тем, что какие-то слуги смогли сбить с него спесь. Лабери видел это; и понял вдруг, что Соёк не просто так позволяет ему за всем этим наблюдать. Стало жутковато.
И вместе с тем – очень интересно.
Слуги же продолжали:
- Как вы понимаете, арестовать нас никак нельзя, мы же тут на добровольных началах. Слугам никак и нигде не запрещалось иметь собственных увлечений, да и жизнь наша никакими законами Ренда не ограничена. Мы и богам-то служим, основываясь лишь на честном слове. Никаких лишних бумаг, - продолжил меж тем счетовод, явно веселясь с абсурдности ситуации – правда же, Ренд, погрязший в бюрократии, отчего-то забыл накрыть бумажным полотном целый слой божественного населения. И вот, что из этого вышло. - Думаю, Сэй Вонк или Эйдиен, подтвердят это, как только выйдут из замка. Раз мы под юрисдикцию вашего мероприятия не попадаем, так как формально работниками Сингего замка и не являемся, то дальнейшее путешествие наших работников пройдет без нас. Но уверяем вас, если их хоть кто-нибудь будет обижать – мы точно об этом узнаем. И в инквизицию напишем очень большую жалобу.
С этими словами оба слуги синхронно натянули маски обратно на свои курносые носы, театрально поклонились до земли, поставив на землю сундучок.
Затем они выпрямились, и говоривший слуга продолжил:
- Это камни, за которыми вы приехали. Все три. Запечатаны тюрьмой богов, как видите, но надолго «тюрьмы» не хватит. Будьте так любезны решить судьбу камней до того, как сундучок развалится. Это довольно редкий и дорогой артефакт, в Фиолетовом замке все очень сильно расстроятся, если сундучков станет на один меньше. Видите ли, мастер этих артефактов наотрез отказался делать новые и провалился в бессрочный роман с алкоголем.
Лабери осторожно зашел за спину Тоггарда, потому что ему было смешно от непонятной ситуации, а показывать этого не хотелось. Ивьен Гаусс смотрел на сундучок, обвязанный старыми хлопковыми лентами, и не знал, что еще добавить ко всей речи слуг. Знаете ли, стойкое ощущение, что его обводят вокруг пальца, усилилось в разы. Все это – один большой план. Сочащиеся магией камни. Магический туман в Донвиле. Арест самого Ивьена. Даже приезд инквизиции сюда. Все движется в точности с чьим-то планом. И самодовольные лица слуг тому только подтверждение.