Чуткий нос Колина тут же уловил запах алкоголя.
– Вы что, пьете? – не смог сдержаться Колин.
– А на что похоже? – хмыкнул мальчишка, ненадолго отодвинув фляжку. Красная капля густого вина скатилась из уголка его губ, оставив след, похожий на кровавый. На его лице это смотрелось очень художественно.
– Вы же в инквизиции, – возмутился Колин.
– А тут запрещено наслаждаться вином? – поинтересовался мальчишка смягчившимися из-за алкоголя голосом. – Не шуми. Голова и без тебя скоро надвое расколется.
Его голос был, на удивление, очень взрослым, совсем не мальчишеским.
Колин с возмущением посмотрел на своего командора в надежде, что тот вмешается. Но он лишь внимательно наблюдал, как красноволосый подросток, развалившись на ящике, высасывает свою фляжку до капли.
– Он пьяница. Иначе не получится, – соблаговолил пояснить командор.
– И чья это вина? – икнул паренек, отбросив фляжку в сторону.
– И как любой пьяница, винит в своих бедах всех, кроме себя, – подытожил командор, игнорируя Кугу. – Нам нужно осмотреть артефакт.
Красноволосый еле уселся на ящике. Его мутный взгляд блуждал, ни на чем не фокусируясь. Даже в таком виде, даже с измазанным ртом, Колин ничего не мог поделать с тем, что мальчишка сиял невероятным и необычным очарованием. Он приковывал к себе взгляд; он казался идолом, сошедшим с небес на их грязную землю.
Колин видел, что это бог. Настоящий бог, нисколько не растерявший своего лоска ни от частых возлияний, ни от неказистого трона, которым служил его ящик. Магическая пыльца обходила его стороной, кружилась вокруг него красивым вихрем, блестела всеми доступными ей цветами; он будто бы желала и страшилась бога в один и тот же момент времени.
Колин встречал богов в инквизиции, в конце концов, некоторые из них здесь работали. Но далеко не каждый бог способен был производить такое впечатление. Пожалуй, подобный трепет он испытывал рядом с наместницей Света Лэолин. И еще рыжеволосой красавицей Самуи.
Все-таки настоящие боги – невероятные существа. Казалось, им достаточно просто быть, чтобы делать людей счастливыми. Колину требовалось огромных трудов не забывать, чего он тут вообще делает. Если бы он был менее опытным, он бы точно позабыл все правила и просто пропустил дальше этих работников вместе с их ящиком. И бежал бы вслед, захлебываясь от восхищения.
– Убавь яркость, – сказал вдруг Боро. – Вино вином, но приличия-то соблюдай.
– Везут черт знает куда, будят почем зря, отчитывают за ерунду, – проворчал Куга, свесив ноги с ящика и недовольно посмотрев на Боро.
Но Колин вдруг почувствовал себя намного лучше. Ему уже было проще находиться рядом с божеством, недавний гипноз отступил.
– Как будете проверять, а? – поинтересовался Куга, пошлепав маленькой ладошкой по ящику. – Артефакты-то, я слышал, запрятаны в замке.
– Мне нужно убедиться, что ваш артефакт не содержит чего-то опасного или запрещенного, – сказал Колин как можно увереннее.
Куга и Боро переглянулись.
Колин их, конечно, совсем не знал. Красный Куга принадлежал обществу непубличных богов; он и в Черном замке-то нечастый гость. Придет, поработает, получит гонорар и, пока его полностью не прокутит, не возвращается. Можно сказать, он приглашенная звезда Черного замка, а не постоянный его служащий.
Боро… Да, это был тот самый Боро, что явился на зов Йины и спас Дан Вэя от Вирго-Ивьена. Тот самый Боро, что когда-то давно был великим богом Тени, ее наместником, живой легендой среди богов. Его вспоминали одновременно с благоговением и ненавистью. Ни одному из богов не было ясно, почему такой великий бог, принесший в их мир множество открытий; в конце концов, один из тех, кто подарил людям магию, оказался таким мерзавцем. Психопатом. Исследователем чужих внутренностей. То, сколько им было погублено богов (поговаривают, что и людей), сложно сосчитать. Пока все их считали пропавшими или погибшими в дуэлях, они, меж тем, мучились от исследований и экспериментов Боро.
Самым страшным было, пожалуй, даже не это.
Дело в том, что вместо паразитов Боро ел богов. И пристрастил к тому наместника Света той эпохи – Ивьена. Оказалось, если поедать богов, то твоя собственная божественная магия становится особенной. Ты развиваешься не столько ввысь – больше ее в твоем теле не становится – а вширь. Гармония с кружащей в воздухе магией становится великолепной. Как будто плоть другого бога – это недостающий элемент божественного могущества. Заклинания становятся тонкими, легчайшими, изящными и непостижимо запутанными. Боро и Ивьен вышли на иной уровень мастерства, прославив себя невероятными, выдающимися и…