Кьюриз хмыкнула:
— Если так случится, хотела бы на это посмотреть. Мне же будет достаточно, если он всего-навсего заберет из вашего Синего замка то, что там спрятали другие боги. Вполне хватит. Но дурацкий договор между богами и людьми не позволяет нам соваться в Синий замок, когда захочется, пока последний работник его не покинет. И что только не делали, а никак вас не выкурить. Дан Вэй каждый раз изворачивается и находит, как долги замка закрыть. Или Широ ему приплачивает, лишь бы ничего не менялось?
— Вы что, со своими друзьями нашему замку проблем создаете? — не поверила своим ушам Йина.
— Конечно. Но ничего личного, ребята. Просто нам нужно кое-что оттуда взять.
— Вы могли бы просто попросить, а не создавать нам столько трудностей, — возмутилась Йина.
— Узнав, что это, вы ни за что не согласитесь нам отдать, — сказала Кьюриз. — Но если вдруг отдадите, то, конечно, боги без внимания такого не оставят. Озолотят сильно. Я и многие из моих божественных друзей очень богаты.
— Так что это? — спросила Йина. — Что вам такого нужно из Синего замка?
— Четыре самых страшных на свете артефакта, Йина, — улыбнулась Кьюриз, обрадовавшись реакции Йины. — В них собраны силы и могущество самого жуткого чудовища, которое порождала эта земля. Нам очень нужны эти артефакты.
— И что вы собираетесь с ними сделать?
— Использовать по назначению, — заговорщицки подмигнула Кьюриз.
— Захватить власть в Ренде?
— А разве она не наша?
Йина оторопела от такого вопроса:
— В Ренде нет главного…
— Досадный недосмотр — кусок земли без центрального управления.
— Боги и люди договорились жить в мире…
— Который выгоден людям, — парировала Кьюриз, продолжая улыбаться.
Очевидно, ее очень веселил этот диалог с юным магом, никакого серьезного отношения к этому не было. Хотя говорила Кьюриз абсолютно искреннее и чистую правду. Но больше забавы ради и реакции юной Йины.
— Эти земли всегда принадлежали богам. И магию людям подарили тоже боги. Без нас магов в Ренде просто не было бы, — продолжала Кьюриз.
Йина прекрасно знала эту историю, но ей было что ответить зарвавшейся богине:
— Магию людям дали боги, что были до вас. Световые боги. Они подарили ее пяти выдающимся кланам из разных земель, которых мы теперь называем Великими семьями. Но то были другие боги, из того времени; их подарок был от чистого сердца и из любви к людям. Это основа основ — боги влюблены в людей.
— Во всех сразу? — хмыкнула Кьюриз. — Я бы с ума сошла от такого обязательства.
— Возможно, утверждение относится только световым… — разочарованно вздохнула Йина. — В конце концов, именно они к нам приходят. И помогают, не жалея своих сил. Живут для и ради людей.
— О, наши светящиеся братья и сестры, оказывается, неплохой себе портрет в народе нарисовали. Благодетели, что ли?
— Я своими глазами все видела. Их доброту и любовь. Она искренняя.
— Мне всегда нравилась живость их ума, — тихо посмеялась Кьюриз — она помнила, что шуметь не стоит. — Возьму у них, пожалуй, пару уроков.
Кьюриз поднялась с кресла.
— Да, не наше поколение богов дало людям магию, — кивнула она.
Боги сменялись; если какой-то из богов пропадал или погибал в неравной схватке с паразитом или даже в дуэли с другим богом, то появлялся новый ему на замену. Богов всегда разное количество, но Йина не знала, почему именно так.
— Но разве предполагали они такой исход? — продолжила Кьюриз. — Что появится какой-то договор, который разделит божественное сообщество на два лагеря. Вот смех-то.
Дошла до другой стены, где висели ящики, принялась открывать их. Похоже, она не первый раз здесь была, хорошо знала, где и что лежит. На столе появились пирожки, стакан молока и маленькое яблоко. Вполне сносный ужин после сложной ночи.
— Вы хотите нарушить договор? — тихо спросила Йина, слезая с дивана — очевидно, ее приглашали поесть.
— Мы хотим жить одной большой божественной семьей, — ответила Кьюриз. — Чтобы все боги были богами. И не пытались уподобляться людям.
— Почему-то из ваших уст это звучит как угроза миру.
— Иногда божественные дела касаются мира людей. Невзначай, — Кьюриз уселась на стул. — И тогда происходят удивительные и странные вещи.
Кьюриз взяла один из пирожков и с удовольствием сжала его пальцами — он был свежим и потому очень мягким.
— Например, появляются люди вроде Дан Вэя, которых другие люди так и норовят где-нибудь запереть, — Кьюриз подняла глаза на Йину. — Ну, или какого-нибудь хорошего ребенка лишают единственного родителя, да, Йина?
Йине удалось уснуть только к утру.