Этому богу не надо было никого оценивать. Он и без того безошибочно определял, что все эти боги настолько до него не дотягивают, что их даже нет смысла учитывать. Вроде бы не пыль, но раздавил бы их в миг — как будто никогда и не было.
С некоторых богов слетели маски — плохой признак, растеряли, значит, много магии, попытавшись сопротивляться. Их лица были перекошены досадой, помешанной с отчаянием; из красивых блестящих глаз катились слезы. Богам было больно, что они настолько ничтожны перед новым наместником Тени. Не в состоянии ответить. Нечем крыть эту силу, объемы которой даже измерить невозможно.
Кьюриз понял вдруг по стальному взгляду нового наместника, что он едва ли видит этих богов. Из-за того, какими объемами магии обладает сам, он не может чувствовать чужую. Ее просто слишком мало вокруг, чтобы он заметил.
Этот бог — действительное наказание Тени.
— Отпусти их, — потребовал Кьюриз.
Он единственный, кто устоял на ногах и на колени не упал. Хоть Кьюриза едва не прибило к земле от давления магии и этих загадочных манипуляций с приказами; он чудом остался стоять на ногах, когда как прочие боги, что собрались тут, уже склоняли свои лица к земле под давлением чужих сил.
Наместник Тени поднял лицо, рассматривая Кьюриза. Глаза у него интересного цвета, похожи серебряные монеты. Холодный и тяжелый их взгляд основательно задержался на Кьюризе.
— Тоже — на колени, — кивнул ему наместник, закончив рассматривания.
Кьюриз и с места не сдвинулся. Много усилий к этому приложил, но на ногах устоял.
— Я сказал — отпусти их, — повторил он. — Ты наместник Тени. Ты не можешь так себя вести.
— Они пришли мне мешать, — просто ответил тот. — Такие боги мне не нужны.
— Отпусти их, — с нажимом произнес Кьюриз. — Ты всего лишь наместник и не можешь им приказывать.
— Может, и не могу, но у меня неплохо получается, — развел бог руками в стороны.
Кьюриз помолчал. Осмотрел этих несчастных богов, ожидавших своей участи. А затем накрыл левой ладонью свое лицо. Из-под нее начала разрастаться старая деревянная маска, постепенно облепляя все лицо. Она росла и, дойдя до лба, перешла в длинные мощные рога, скругленные на самом конце.
— О, — заинтересованно проговорил наместник Тени, с долей восхищения посматривая на старую красивую маску.
А все боги, что были между ними, меж тем исчезли.
— Что ты сделал?.. — раздался глухой голос Кьюриза из-под маски.
Хорошо чувствующий магию Кьюриз не мог не заметить, что богов в Ренде стало ощущаться сильно меньше.
— Отпустил их, — наместник Тени сделал шаг вперед. — Как ты и просил. Просто ты не уточнил, как именно их нужно отпустить. Будь осторожнее в своих желаниях. Особенно, когда озвучиваешь их богам.
Кьюриз не сдержался, в два счета преодолев расстояние между ними и схватив новоявленного бога за грудки:
— Кто ты такой, раздери тебя Свет и Тень?!
— Шииротайовин, — подсказал наместник голосом, который нисколько не изменился — спокойные ровные интонации без какой-либо иронии. — Не наместник. Не король. Шииротайовин.
Кьюриз продолжал держал его в своих руках, соображая, что действительно стоит сделать с этим исчадием Тени.
— Верни их обратно, — прохрипел Кьюриз.
— Зачем? — Шииротайовин как будто даже заинтересовался разговором.
— Если ты не хочешь, чтобы тебе мешали, живи простой жизнью.
— Мне совсем не сложно делать такие фокусы с богами.
— Чего ты хочешь, а? — Кьюриз оказался полностью сбит с толку.
Этот бог какой-то очень странный. Он явно ожидает от Кьюриза чего-то, но никак не называет, чего именно.
— Беспрекословного подчинения, — просто ответил тот. — По собственному желанию. Мне это кажется красивым.
— Хочешь быть идолом?
— Нет. Идол — это предмет поклонения, а я бог, никак не предмет. Все должны делать то, что я хочу. Но по собственному желанию.
Кьюриз задрал свою маску лоб, потому что она как будто мешала ему до конца проникнуться невероятно простой и одновременно очень сложной фразой.
— Смотри-ка, вот ты и начинаешь понимать, что такое — быть богом, — сообщил Кьюризу наместник Тени и позволил себе улыбку. — Это очень весело, Кьюриз. Просто ты еще не распробовал.
Шииротаойвин легко высвободился из его рук:
— Я раскидал останки двенадцати богов по всему Ренду. Если они тебе нравятся — ты еще успеешь их сшить и спасти. Этим двоим уже не помочь, — он махнул рукой куда-то в сторону обезглавленных трупов, которые уже серебрились магической пыльцой — так тела мертвых богов распадались после их смерти.