- Твою улыбку можно расценить как особое отношение, если совсем тебя не знать. Как же наивной Йине догадаться, что это всего лишь пустая гримаса? - поинтересовался Дан Вэй, ни к кому конкретно не обращаясь. – Что ж, деньги я привез. Проблем, скорее всего, тоже. Но ты же сам разрешил мне использовать любые методы?
Нерро поджал губы:
- Честно говоря, было бы проще, укради ты эти деньги у Дорвиндт Лоя. А теперь придется ждать, что там инквизиция придумает. Они явно в покое нас так просто не оставят. Эх, говорили мне, не ходить сюда работать…
- Были и другие места на выбор? – удивился Дан Вэй.
- Нет, - привычно улыбнулся Нерро. – Но мне хочется думать, что хоть какой-то выбор у меня был. И этот – работать в Синем замке – я сделал сам, а не принял от безысходности.
- Самообман – верный путь к петле, Нерро.
- Грубо.
- Зато честно.
Дан Вэй закурил вторую сигарету, и Нерро с интересом смотрел, как небрежно он это делает. Жизнь Дан Вэя все-таки необычна и покрыта многими тайнами. Далеко не все из них были известны Нерро, некоторые и вовсе разжигали любопытство.
Как человек с рабским клеймом на шее может позволить себе сигареты и прекрасный дом на берег Донвиля – уж точно.
Известна ли Нерро Ллойду цена за все это?
Нет. И, пожалуй, не будет.
Дан Вэй смотрел, как Йина пытается управиться со сложными заклинаниями Лабери, но едва ли все это видел. Предыдущая ночь и впрямь была тяжелой, непростой, и хоть Дан Вэй делал вид, что все в порядке, на деле такого не было.
Да, приключения в Донвиле для Йины были испытанием, но и для Дан Вэя оказались таковыми же. Он едва мог вспомнить, что произошло с инквизиторами. Остаток ночи и вовсе прошел в тумане, сквозь который он слабо слышал чьи-то голоса.
Однако же за некоторое время до рассвета, когда за окном все еще было темно, а Кьюриз уже проводила Йину спать, Дан Вэй очнулся.
Или – проснулся.
И это его пробуждение было замечено сразу же.
Шииротайовин, лежа на кровати в комнате, которая занимала весь третий чердачный этаж, отложил в сторону книгу, которую до этого внимательно читал.
В его комнате было мало мебели – кровать, какая-то пара сундуков, в которых он хранил старые вещи. У стен стопками стояли книги – или уже прочитанные, или ожидавшие своей очереди.
Теневой кот имел страсть к чтению, которая с годами только усиливалась.
Широ слышал тихие шаги, понимал, кто именно поднялся на ноги.
- Дан Вэй, - проговорил он обычным голосом, как будто тот легко мог его услышать. – Если ты собираешься выйти из дома, то у тебя ничего не выйдет.
Меньше, чем через минуту, Дан Вэй объявился на пороге комнаты Широ.
Если бы Йина увидела тогда Дан Вэя, то явно поостереглась бы так уж открыто сомневаться в нем и подозревать во всех грехах смертных. Побоялась бы уж точно.
Дело не в том, что Дан Вэй выглядел мрачным – вряд ли можно удивляться его угрюмости.
Взгляд его как будто бы достиг пика в своих пронизывающий свойствах. Холодный и острый как наточенный металл; радужка блестела серебром в отсветах луны, что попадали на чердак через большие окна.
То, как он смотрел на Широ, можно было бы принять за едва сдерживаемую злость. Ненависть.
Бог легко этот взгляд выдержал, нисколько своей позы не меняя.
- Сегодня гулять не идем, - только и сказал Широ.
- Почему?
- Холодно, простудишься, - пожал плечами бог.
Дан Вэй раздраженно выдохнул; эта нелепая шутка сработала как игла с избыточно раздутым шаром. Напряжение теряло силу, но Дан Вэй все равно отчаянно за него хватался:
- Я… - начал он новый протест.
- Иди сюда, - подозвал его Широ, тут же прервав. – Я принес тебе кое-что.
Широ быстро нагнулся к полу и вытащил из лежащей там сумки какой-то сверток, который затем положил рядом с собой на кровать.
- Я ничего не просил, - холодно ответил Дан Вэй на арье – северном языке, что был родным не только ему, но и его собеседнику.
- Это подарок, - ответил Широ на том же арье.
- И их я тоже не просил.
Широ коротко рассмеялся. Его не пронимали ни холодность, ни резкость человека, он находил это своеобразным обаянием. Тем более, Широ прекрасно знал, что эта с виду твердая скорлупа на самом деле очень хрупка и легко раскалывается. Нужно знать подход.
Широ его знал, но делиться ни с кем не собирался.
- На то он и подарок, чтобы не просить, - Широ говорил подозрительно ласково, что, наверное, удивило бы многих, кто его знает.
Бог, который наказывал прочих за малейшие провинности, сейчас терпеливо ждал, когда человек – человек! – сдастся в своей дерзости и все-таки снизойдет до бога.
- Я тоже разозлен, Дан Вэй, но мы оба знаем, что злость длится лишь момент, а вот последствия от нее куда дольше, - никаких нравоучительных интонациях, Широ действительно так думал.