Он почти всегда выглядел расслабленным. Казалось бы, у них лицо одно на двоих, но различить Дан Вэя и Широ труда вообще не составит. На самом деле Широ – очень скуп на эмоции. А вот Дан Вэй совсем не такой. Просто старается сдерживаться.
- Особенно на тех, кто действительно тебе мешал, - продолжил Широ.
- Я тебе про это даже не рассказывал.
- Ничего страшного. Кьюриз рассказывала… - Широ недовольно фыркнул. – Этот Кьюриз со своими шутками… Кьюриз рассказывал о каком-то студенте из Великой семьи, который преследовал тебя, чтобы совершить ритуал освобождения от контракта. Его тогда называли «Амбер». И составило определенных трудов избавить тебя от его внимания. Потому что этот сумасшедший, кажется, вообще никого не боялся. Но Кьюриз изловчился и способ нашел.
Дан Вэй промолчал.
Вообще-то Ричард Рид действительно никого не боится, кумиров и авторитетов не имеет, а слушается только себя. Хотя так было не всегда.
Ребенком он был премилым мальчиком с нежной кроткой натурой. Он очень тянулся к Дан Вэю, а ведь пропасть между их статусами была просто неизмерима. Хоть Ричард Рид, именующийся теперь Ричардом Амбером Ридом, был бастардом, но он – бастард Великой семьи. А Дан Вэй – раб, родившейся в рабской семье. Предпоследний сорт в иерархии Ренда, если хотите. Последним просто каторжники значились, но они – совсем другая история.
- И очень интересно выходит, если он опять взялся за старое… - задумчиво проговорил Широ. – Не дает ему покоя твой светлый образ.
- Оставь его, - попросил Дан Вэй.
- Почему?
На Дан Вэя уже смотрит пара серебряных глаз. Удивительные, необычные, не такие как у всех; не то, что людей, да даже у богов подобных глаз не встречалось. Шииротайовин определенно особенный бог, но Дан Вэя в нем привлекало вовсе не это.
- Все еще чувствуешь, что обязан молодому господину за то, что хорошо к тебе относился?
Широ понимал Дан Вэя лучше него самого.
Это не всегда было приятно – как сейчас – но находило отклик в душе. Очень сильный. Как оказалось, быть понятым для Дан Вэя важнее многих чудес на свете. Одиночество, что могло подъедать его целый день, тут же отступало, стоило ему оказаться рядом с Широ.
Не нужно было никем казаться, делать независимый вид и сдерживать себя, будь то радость, грусть или злость. У Дан Вэя в обществе Широ никак и не выходило быть таким, каким он обычно был со всеми прочими. Как будто существовало два разных Дан Вэя. Нерро, Амика да даже Йина удивились бы этим перевоплощениям точно.
Так было с первых же дней знакомства с богом. Никакой магии или волшебства. Ничего из этого. Но для Дан Вэя – настоящее чудо. Он не чувствовал себя уязвимым, как раз наоборот – рядом с богом не беспокоился ни о чем, кроме самого бога.
Иногда подумывал, что это с ним случилась известная напасть – слабы люди перед богами, легко ими очаровываются и без памяти теряют голову в поклонении идолу. Пол, возраст, положение не имеют никакого значения.
Дан Вэй уцепился за руку Широ как за спасательный круг и опустил взгляд, соглашаясь со сказанным.
- Чувствую себя обязанным Ричарду, это так, - подтвердил Дан Вэй словами.
- Мальчишка из Великой семьи всего лишь следовал своим капризам. Любой подарок – всегда подарок, Дан Вэй, никакой обязанности или ответственности на тебя не накладывает. Научил тебя письму и речи – что ж. Он сам этого захотел. Не выдумывай долгов.
- Я слишком хорошо тебя знаю, Широ, - проговорил Дан Вэй. – Оставь Ричарда Рида. Он мастер создавать проблемы.
- Такие заявления только больше меня провоцируют.
- Ты что, будешь соревноваться с человеком? – натурально изумился Дан Вэй. – Если бы он хотел, он бы давно меня нашел.
- Сомневаюсь.
- Почему?
- Потому что я просил Кьюриза устроить так, чтобы студент Амбер не смог до тебя добраться. Но ему все равно удалось. Некоторые люди слишком упрямы, Дан Вэй, такие злят богов…
Дан Вэй вдруг порывисто обнял Широ, но не удержался и сполз и так, что его голова оказалась на груди у бога. Он часто так делал ребенком, но привычка никуда не ушла.
Их контракту пятнадцать лет, но ощущение времени пропало давно. Дан Вэй, находясь рядом с богом, по ощущениям терял все прожитые годы, вновь становясь беспомощным подростком.
- Ты ластишься или это такой захват? – уточнил Широ.
- Два в одном. Я устал и не хочу, чтобы ты интересовался каким-то инквизитором, с которым меня связывает слишком далекое прошлое.
- Он что-то говорил о том, чтобы запереть тебя в инквизиции.
- Он исследователь. Они любят кого-нибудь запирать и наблюдать, такая вот у них работа.
- А, это теперь так называется. Я-то думал, брать в заложники – это все-таки преступление.