Арсений ответил девушке, что узнал это, когда еще забивал цель в навигатор.
– Цель? А она у вас определена? – спросила баба Зоя.
– Ну да, нам нужен местный краеведческий музей, – ответила за Сеню Света.
– Вот так сразу быка за рога? Нет, мои дорогие, так дела не делаются, тем более очень деликатная она – ваша задача. Не думаю, что кто-то вот так с кондачка вас здесь встретит с распростертыми объятиями, нужно сначала почву разведать, а уж потом рисоваться на поле боя.
– Бабушка, ты что это стала говорить одними штампами?
– Как умею.
Арсений хмуро сдвинул брови – его интересовало, что еще успела рассказать Света своей бабушке об их спонтанном путешествии, ведь он просил никому и ничего не говорить.
– Ты, мил человек, не дуйся. Я вам только помогу. Вначале устроимся на ночлег, есть у меня здесь один старый-престарый знакомый. Думаю, с большой радостью он нас тут и приютит.
– Кто он? – не скрывая удивления, спросила внучка.
– А, один из моих бывших, уже и не помню, выходила я за него замуж или так…
– Можно в паспорте посмотреть, – заметил Арсений.
– В этот документ, молодой человек, женщине, которая немного постарше, чем выглядит, совершенно не хочется лишний раз заглядывать. Уж слишком неправдоподобными кажутся там некоторые цифры, и это я сейчас не о количестве мужей. Этот мой «музей мужчин» скорее впечатляет, нежели тревожит, меня, во всяком случае. Нам нужна улица Парковая дом семь.
Арсений быстро вбил в навигатор нужный адрес, и вскоре они стояли у деревянной калитки, окрашенной в темно-зеленый цвет. Зоя Алексеевна смело взялась за ручку и, открыв проход во двор, жестом пригласила молодых людей следовать за ней по узкой тропинке, ведущей к дому.
– Так и не научился запираться. Уверена, что и дом открыт, – бурчала бабушка Светланы.
Домик, открывшийся взглядам незваных гостей, был деревянным с цокольным этажом, и его терракотовые стены были все покрыты белым кружевом резного дерева.
– Красотища, прямо самый настоящий пряничный домик, сколько же стоит труда все это выпилить, сейчас такое и не увидишь, – сказала Светлана, ее душа не могла не замечать красоту, тем более истинную, а не фальшивую, а еще девушку впечатлили огромные черешни, кольцом окружавшие дом. Баба Зоя тем временем уже стучала во входную дверь.
– Петро! Иди, гостей тебе привела!
– Иду-иду, кто там? – бодрый мужской голос довольно быстро ответил ей.
Вскоре путники увидели хозяина – мужчину, волосы которого были полностью седыми, смуглое волевое лицо подернуто морщинками, но совершенно ровная спина и лучистые, добрые, живые серо-голубые глаза придавали ему моложавости.
– Зоя?! – мужчина замер на короткое время.
– Я. Кому же еще быть-то? Что, не ждал?
– Ждал… последние лет сорок-пятьдесят.
– Ну вот, опять про цифры, еще ты попроси меня в паспорт заглянуть. Фу, Петя, ну что так банально-то встречаешь!
– Проходите, сейчас чайник поставлю.
– Так, нам ночлег нужен. Ты как, располагаешь апартаментами? На тебя можно рассчитывать?
– Конечно-конечно, я же живу совершенно один.
Немолодой мужчина пригласил всех в свое жилище, и, зайдя с крыльца внутрь, все неожиданно оказались в довольно просторной комнате, в ней стены были окрашены в чисто белый цвет и сплошь покрыты фотографиями, на некоторых Светлана угадала свою бабушку. Вот только одно самое большое фото – портрет юной девушки – просто приковало взгляды молодых людей. Со стены на них смотрела… Мыка. Арсений подал знак Светлане молчать, а сам вспомнил, что при знакомстве девушка ему честно призналась, откуда она приехала в столицу.
– А у тебя все по-прежнему, только фотографиями все стены увешал, прямо музей старины, – говоря эту фразу, Зоя Алексеевна уже держала в руках старенький кипящий чайник. – Ты, наверное, еще и чай со слониками завариваешь.
– Зой, я не сплю, это и вправду ты?
– Петь, приди в себя, ну неужели я так изменилась?
– Да нет, все такая же…
– То-то же, хотя с тебя пыль стряхнуть не мешало бы, а то будто застрял где-то в середине прошлого века.
Зоя Алексеевна под удивленный взгляд хозяина дома разлила кипяток по чашкам, отставила чайник и разместила угли для кальяна вокруг конфорки.
– Бабушка, ты чего? – недоумевала Светлана.
– Бабушка? Значит, эта красавица – твоя внучка, ну надо же!
– А ты думал, – гордо заявила баба Зоя, – и вообще, ну давай хоть обнимемся, а то совсем как чужие, – и Зоя Алексеевна, повернувшись, открыла руки для объятий. Хозяин дома робко, как первоклассник, прижался к своей старой знакомой.