– Так и ты не была особо разговорчивой.
– Я! О-о-о! Ты не перекладывай с больной головы на здоровую. По-моему, это тебя водичка с «озера правды» сильно освежила. Ощутил всю тяжесть лжи.
– Свет, ну какой лжи, ты о чем? – казалось, Арсений вложил максимум усердия в приведение чудо-машины к действию.
– Не увиливай. Кто я для тебя? Санчо Панса?
– Ты что, какой еще Санчо Панса?
– Не читал в детстве Сервантеса?
– Читал, но, видимо, у меня гораздо меньше творческого начала, чем у тебя.
– О! Вот чего-чего, а творчества в тебе хоть отбавляй!
– Свет, может, ты выбрала все-таки не самое подходящее время?
– Нет! Самое подходящее! Ты же сам меня уверял, что здесь нет никого живого, кроме нас, так что давай начистоту.
– Какую правду ты хочешь услышать?!
– Так и знала, что у тебя и правд несколько – как говорится, на все случаи. Что ж, начнем со странных совпадений. Думаешь, я ничего не понимаю? Наша самая первая встреча в твоем супермаркете… Кстати, а он и вправду твой?
– Мой, а чей же еще?
– Да я уже и не знаю. Вы же в сговоре с моей бабулей. Она меня чуть не силой отправила за покупками туда, где ты меня уже поджидал! И на все ее выпады в свой адрес ты отвечал приветливой улыбкой, это с твоим-то характером! А когда она увязалась с нами в эту дурацкую поездку, не очень-то вы, Арсений Аркадьевич, возражали! Вы подстроили нашу встречу, и ты тогда уже знал, что я буду работать над заказом Ивановых, верно?
– Свет, наверное, у тебя разыгралась паранойя. Может, это подземелье на тебя так действует.
– Последний раз говорю! Не уходи от ответа, иначе я за себя не ручаюсь! – и Светлана выключила большой фонарь.
– Ты что творишь? Того и гляди, наткнемся на какой-нибудь камень.
– Быстро все рассказывай!
– Да, я действительно начал тебя искать сразу, как только понял, что смогу себе это позволить. Приблизительно год назад.
– Что значит «смогу позволить»?
– Ну, ты же уже в курсе истории моей семьи, я просто боялся, что ты уже связана замужеством, не хотел усложнять твою жизнь.
– Ни фига ты об этом не думал, просто подкатил к бабе Зое, подкупил ее чем-то, а та, тоже мне партизанка, наколдовала она мне внимание мужчин!
– Ничем я ее не подкупал, она просто любит тебя! Ну, помог немного с первоначальным взносом на твою ипотеку. Кстати, все по-честному, я купил ее домик.
– Чего?! Так это действительно давно происходит? Ты что, следил за мной?
– Говорю же, не хотел снова сделать больно!
– Больно, да мне сейчас невыносимо больно от твоей лжи! Знаешь же мою особенность, я боялась даже думать о твоем обмане, но мне мое подсознание выдало готовые ответы.
– Свет, я не знал об этом твоем уникальном даровании.
– А стоило бы! И особо трепетное отношение Крокодила Гены к новым заказчикам, да и то, что именно я стала главным исполнителем, тоже дело твоих рук?
– Да, это было очень просто, я позвонил твоему руководителю, представился заместителем Михаила Иванова и сказал, что мы могли бы инвестировать в вашу фирму, а сами Ивановы, они же живут «на пафосе», думают, что они небожители и поэтому заслуживают особенного отношения к себе.
– Эх, Арсений, значит, все действительно было враньем, – холодный мрак подземелья резко охладил влюбленность девушки.
– Нет, это совсем не вранье.
– Я даже боюсь спросить о самом главном, чертовски не хочу получить утвердительного ответа, а это означает, что я его непременно получу.
– Света, помнится, ты меня совсем недавно учила жить настоящим, а не опускаться в фальшь прошлого и не думать о призрачной мишуре будущего.
– Фальшь прошлого? Даже так! – Светлана снова переходила на крик.
– Ты меня неправильно поняла. Я призываю тебя ценить то, что жизнь нам дарит мгновения, проведенные вместе. А прошлое, что это такое? Вот сейчас расспроси нас о событиях нашего общего детства, и мы непременно расскажем и вспомним, но каждый совершенно по-своему, уже не хочу говорить об оценках и характеристиках.
– Значит, момент. Я для тебя просто момент!
– Ага, длиною в жизнь.
– Сеня, не юли! Если я даже на какое-то время приму твою жизненную философию, то будь добр, поясни, чем это мы сейчас с тобой занимаемся в полной темноте на этом дурацком катамаране.
– Как ни странно, но выясняем отношения.
– Нет, зачем мы здесь? Разве не ради фальшивого прошлого или все же ради призрачной мишуры будущего?
Арсений на какое-то время замолчал, и то, что он сильно разозлен, выдавали только все возрастающие усилия ног. Они плыли все быстрей.