Выбрать главу

– И ты вот так просто пошла?

– Я бы сказала, с радостью. Потому что больше всего той ночью я желала оказаться подальше от всей этой истории и, самое обидное, от Арсения.

– Михаил вот так просто привез тебя домой и отпустил?

– Я пока не в курсе его планов.

– И ты за все время пути не попыталась их выяснить?

– Нет, я спала.

– Просто спала? Теперь понятно, откуда столько сил ночью так тарабанить в мою дверь. У меня, знаешь ли, тоже маленький стресс, не сопоставимый с твоим, конечно, просто думаю, что Арсений, брошенный тобой, может вернуться к Кристине.

– А ты серьезно вознамерился строить с ней отношения? Разве ты на своей работе не насмотрелся на подобных девиц? Говорил мне, что терпеть не можешь всю эту искусственность. Помнится, как на наших пижамных вечеринках со мной и Ксюшей ты плакался, как они достали тебя: то ресницы коротковаты, то скулы низковаты.

– Она оказалась не такой. Мы за последние дни несколько раз встречались. Кристина со вкусом и реально красивая. Знаешь, такая врожденная аристократичность – это большая редкость, почти как твоя гениальность.

– Спасибо, что напомнил о моих возможностях. Меньше всего мне сейчас хотелось бы оказаться на ковре у Крокодила, который будет требовать завершения работы по проекту Ивановых.

– Придется. Не забывай, ты работаешь в лучшем ландшафтном агентстве, причем считаешься специалистом высоченного уровня. Еще, Света, вспомни слова своей бабушки, что за битого двух небитых дают.

– Не хочу о ней, предательница!

– Не горячись, все обернется тебе на благо. Спасибо еще бабе Зое скажешь.

– Ты что, с ума сошел?

Ближайшие несколько дней Света ходила на работу, где закрывалась в своем кабинете и старательно делала вид, что дорабатывает злополучный проект, который ей отчего-то все больше нравился, но руководитель в итоге раскусил ее хитрость и сам к ней зашел.

– Света, у тебя что-то произошло с Ивановыми? Пора бы завершать, а мы еще и систему орошения не установили. Может, пора на объект?

Такого подхода Светлана не ожидала, она терпеливо готовилась к выволочке, берегла заготовленные аргументы, но, чтобы начальник заговорил вот так, просто по-доброму, ей даже не представлялось… Геннадий Павлович ее явно подкупил.

– Завтра уже еду, прямо с утра.

– Вот и замечательно, позвоню хозяевам, чтобы постарались быть на месте для окончательного утверждения. Тем более что господа Ивановы уже все полностью оплатили.

Утром следующего дня на Светлану обрушилось новое непредвиденное обстоятельство. Ее разбудил звонок в дверь, и он вызвал у девушки мысли о том, кто же мог в такую рань, да еще и в этот сложный день, прийти к ней? На пороге стояла Зоя Алексеевна, причем вместе с Петром Игнатьевичем.

– Ну что, соня, не хочешь родную бабушку пускать? Мало того, что бросила меня на произвол судьбы, так еще и открывать не торопится.

– И вам доброго утра, – еле сдерживаясь, прошептала Света.

– Да где уж оно доброе! Ты знаешь, сколько по твоей милости пришлось денег на билеты выложить? Так еще и этот увязался: «не отпущу тебя одну», – произнося последнюю фразу, женщина кивнула в сторону Петра Игнатьевича.

– Здравствуйте, Светочка, извините за столь раннее вторжение. Я пытался отговорить Зоеньку сразу вот так вероломно идти к вам, но, знаете же, она иногда бывает неумолима, – вкрадчивый голос мужчины, а также память о его гостеприимстве смягчили гнев хозяйки.

– Проходите, конечно! Только, я думаю, моя бабуля бывает вероломна и неумолима совсем не иногда.

– Света, внучка, ну кто бы сердился! Оставила меня там совсем одну! – попыталась возмутиться Зоя Алексеевна.

– Бабушка, я все знаю.

– Ну все даже я не знаю, – парировала баба Зоя.

Света взглянула на Петра Игнатьевича, и ей стало неловко за свою несдержанность, а тот, поняв, что двум женщинам есть что обсудить наедине, спросив у Светланы разрешения, удалился в ванную комнату.

– Светка, ну не злись! Все, что я делала, – только ради тебя, ведь если бы вы с твоим Обезьяном вот так лбами не столкнулись, ты так бы и ждала его на белом коне, а теперь у тебя глазки открылись, и уже можешь совершать свою глупость совершенно осмысленно.

– Бабушка, ты себя-то слышишь, «глупость осмысленно»?