Будучи уже в машине, девушка принялась обдумывать тот факт, что они с Арсением были рассекречены Михаилом еще тогда, в ресторане. Эти размышления заняли бы еще больше времени, но зазвонил телефон.
– Свет, привет. Ты что-то совсем скрылась с моих радаров, у нас сегодня пижамная вечеринка. Митька в курсе, он говорит, что у тебя есть сногсшибательная история. Жду подробностей. Всё, после шести у меня.
– Подожди, Ксюш. Во-первых, здравствуй, родная. Во-вторых, даже не представляешь, как я рада тебя слышать, а уж твое предложение и вовсе просто в точку, это как раз то, чего я больше всего сейчас хочу. Мне просто нужно выговориться, а еще больше выплакаться.
– Считай, что жилетка высушена и ждет.
– Слушай, а почему у тебя? Женя же не очень любит наши, как он выражается, «пижамные вечера».
– Он в командировке. Поэтому в этот раз у меня, давай короче, я на работе, мне некогда. Митька скоро с тобой созвонится, по поводу еды и напитков не заморачивайся, все предусмотрено.
Света поехала к Митьке, который был, как и она сама, натурой творческой, так что ему часто прощалось, когда он забывал что-либо сделать. Вот и сегодня, скорее всего, он собирался позвонить, да так и не набрал номер Светланы. Близился конец рабочего дня, желания общаться с Петром Игнатьевичем у Светы совсем не было. Она решила сегодня ночевать у Ксюши и позвонила бабе Зое, чтобы предупредить ее, что та сама должна позаботиться об ужине для своего кавалера.
Митька был рад приезду своей соседки.
– Фу, подруга, я тебя заждался.
– Интересно, как бы я смогла догадаться об этом? Если бы не звонок Ксюши и не мое детальное знакомство с твоим характером…
– Хочешь сказать, я тебе не позвонил? – перебил Митя Светлану.
– Можешь проверить свой телефон.
– Во дурак! Да и не удивительно, сегодня снимали финальную сцену нашего киношедевра, такой зашквар. Завтра уже начинаем монтаж, и, надеюсь, мои функции будут минимизированы. Можно будет расслабиться.
– Вот сегодня и начнешь.
– Ага, с тобой это навряд ли. По-моему, в нашем сериале событий меньше, чем в твоей жизни в последнее время.
– Да уж, хватает, – вздохнула Светлана, решив не рассказывать Митьке, что Михаил узнал ее и Арсения, когда они были загримированы.
Дивными гастрономическими ароматами встретила квартира Ксении друзей своей хозяйки. Сама Ксюша в шелковом домашнем костюмчике была, как, впрочем, и всегда, мила, свежа и приветлива. Но Светланино хорошее настроение начало улетучиваться, когда она поняла: придется все рассказать и, значит, в ее случае, пережить еще раз…
Как все же странно устроен человек! Света в этот раз решила попытаться не погружаться полностью в свое повествование. Она словно была не участником, а пересматривающим хронометраж монтажером. Может, это рассказ Митьки о своей работе так на нее повлиял?
– Слушай, подруга, и ты не осталась и не узнала все до конца? – Светлана даже не нашлась, что на это ответить Ксении, ведь у нее тогда просто не было сил, ни физических, ни моральных, и она, как маленький ребенок, просто была рада появившейся возможности покинуть эту сцену абсурда, да, вообще, любопытство совсем не ее конек. – Или ты уже встречаешься с Михаилом? – продолжала атаковать ее вопросами Ксения.
– Ни с кем я не встречаюсь! Вот, видишь, здесь с вами сижу.
– Тебя-то я вижу, но вот совсем не понимаю. Неужели наш Сеня мог так измениться? Конечно, мы все повзрослели и вследствие этого стали другими. Знаешь, я тебе даже отчасти завидую, да-да, и не смотри на меня так. Мы с мужем погрязли в какой-то вселенской монетизации. Знаете, когда не было ни собственной квартиры, ни машины, делать деньги было необходимостью, но сейчас, когда всего достаточно, даже очень приличную дачу заимели, мой муж бросает меня и мчится на неопределенный срок за тридевять земель, а прежней радости уже нет, испытываем какие-то шаблонные эмоции, перерастающие в заученные и надоевшие до зубного скрежета «Как прошел твой день, любимый?», «Нормально, а как ты?», вроде всё с участием. Наверное, и мне не помешал бы такой акулий перепляс, в котором оказалась ты, когда снова начинаешь ценить то, к чему уже вкус притупился. И все же, я думаю, ты испытываешь определенную симпатию и к Михаилу. Он значительно старше, и от этого кажется тебе надежнее, а значит, по-твоему, навряд ли, как Сенька, сможет стать жертвой фантасмагорично-фанатичной идеи.
– Девушки, подождите, я только сейчас начинаю приходить в себя. Раньше наши посиделки проходили у Светы, а мы с ней живем на одной лестничной клетке, а сегодня…