– Был?
– Ну и сейчас тоже…
– Света, а там, в подземелье, ты тоже работала?
– Да, только тогда, когда поняла необходимость применения способностей.
– То есть ты примерно знала, кого вы увидите за подвальной дверью музея?
– Представляла.
– Подруга, да ты страшный человек.
– Скорее, очень глупый.
– Ну, с этим я, пожалуй, спорить не буду.
– И не надо.
– Свет, а сейчас ты почему не меняешь реальность, если она тебя не устраивает?
– Говорю же, ничего не хочу, только покоя и немного человеческого тепла.
– И внимания Михаила!
Светлана неопределенно пожала плечами.
– Светочка, а почему ты там, на так называемом «озере правды», не выдала Арсению, что уже догадалась о его малодушии в отношении тебя и Кристины. Только не говори, что, мол, при бабушке застеснялась.
– Нет, тогда я решила за него бороться.
– То есть истинное отношение людей к себе ты изменить не можешь.
– Об этом я не думала.
– Свет, а тебе порой не кажется, что в вашей истории жертва не ты, а Сенька?
– Не кажется! Не переворачивай все с ног на голову! Вечно ты со своей математикой! Пойми, некоторые вещи не поддаются логике.
– Нет таких вещей, и даже твой несомненный талант, я уверена, объясним, если не квантовой физикой, так…
– Ну, перестань! Ксюша, ты чего, серьезно меня считаешь в чем-то виноватой?
– Скорее, заблудившейся. Хочу тебя приостановить, чтобы моя лучшая подруга не превратилась в заложницу своих же возможностей. Завтра при встрече с Михаилом постарайся узнать о нем как можно больше информации, а сама ему о себе больше ни слова. Включи свои способности!
– Зачем?
– Света, у меня тоже, помимо железной логики, есть немного женской интуиции. Что-то в его интересе к тебе есть не совсем обычное.
– Что, я, по-твоему, не могу уже просто так понравиться мужчине?
– Можешь, причем некоторым один раз и на всю жизнь!
– Ты опять за свое! Опять Сеня – герой! Слушай, а тебе он, случайно, раньше не нравился?
– Нравился!
– Почему я об этом ничего не знала?
– Зачем? Я учитывала твой характер, да и видела, как он к тебе относился. Затем как-то быстро в моей жизни появился Евгений, и мне больше никто не стал нужен, но вам я помогу, непременно. Просто чувствую, что должна, надо в вашу темную магию внести долю здравой светлой математики.
В ресторан на встречу с Михаилом Светлана отправилась в приподнятом настроении. Впервые за длительное время она улыбалась, улыбалась просто так. Сильно помогла мама, ее тепло обволокло, согрело, а главное, повысило самооценку. Еще днем Татьяна Михайловна за столиком в кафе долго сокрушалась по поводу того, что любимая доченька питается непонятно чем, а она так давно хотела накормить и приголубить свою Ланочку. Мама Светы долго и пристально изучала меню. Принялась пытать официанта на предмет свежести блюд, и, как ни странно, у Светы не было и тени смущения, ей была приятна такая искренняя забота. Благо молодой человек, обслуживающий их, быстро вник в ситуацию и помог старшей из женщин с выбором блюд, его лучистые глаза с ласковой хитринкой смотрели на эту пару. У молодого парня была азиатская внешность, и Света подумала, что, видимо, он и сам скучает по своей матери, и поэтому с пониманием относится ко всем капризам Татьяны Михайловны.
– Да, дочка, бабушка, конечно, учудила. Постараюсь настоять на своем и в ближайшее время переселить от тебя неожиданного постояльца, но как же это все не вовремя, только у вас с Сеней стало снова все налаживаться.
– Нет, мам, не беспокойся, он совершенно мне не мешает, – лукавила дочь, ей не хотелось посвящать маму во все свои злоключения, к тому же и баба Зоя держала язык за зубами.
– Ланочка, похудела, но, знаешь, тебе к лицу, ты у меня красавица, каких мало.
– Есть в кого.
А Татьяна Михайловна продолжала и продолжала говорить разные приятности и, сама того не зная, излечивала душу доченьки.
Света, еще наполненная светлой энергией материнской любви, надела темно-синее вечернее платье, сделала прическу, вечерний макияж и отправилась на романтический ужин.
Ранее, убедившись, что Ивановы перечислили более чем достаточную сумму, она решила улучшить свой проект: купила несколько кустов рододендронов для украшения приствольного круга рождественского дерева и заказала редкий, чисто белый гравий для отсыпки дорожек огорода между приподнятыми грядками. Сама удивилась, что в этот раз как-то сразу прижился первый вариант трансформации участка, а второй «тихо ушел» в стол Крокодилу. Что ж, пусть будет так, ведь она, наверное, сможет рассчитывать на некий бонус.