– Нет, бабушка, не продал, даже хотел предложить тебе провести там свадьбу.
– Хорошая идея, Никитича с его Клавдией тащить в Москву не придется. Да и остальные пусть знают, что и у Зои теперь счастье! Вот только Петьке позвонить надо, что, мол, место действия переносится.
– Почему позвонить?
– Так он вместе с внучкой уехал в свой Юрзовск. Знаешь, я только рада была, плохая примета, если жених до свадьбы платье увидит. Ну а мне везти свадебный наряд вместе с памятником как-то не комильфо.
– Кого везти? – не понял Митька, переживая за свою квартиру, которой угрожало превратиться в склад Зои Алексеевны на разные случаи в ее бурной жизни.
– Платье, оно что, а не кто, между прочим.
– Ну, это мне понятно, – заявил Митька, но по его виду было ясно, что ему ничего не понятно.
Зоя Алексеевна, воспользовавшись молчанием своей единственной внучки, решила взять, как она выражалась, быка за рога.
– Свет, ты должна поехать со мной и оформить свадебный наряд, а то знаю я твою мамулю, ща начнет, то разрез большой, то декольте глубокое.
– Ты намекаешь на оплату? – спросила Света.
– Ну, и это само собой.
– Если само собой… Когда Петр Игнатьевич с Мыкой уехали?
– Так вчера, она к нам заявилась какая-то вся таинственная, наверное сюрприз к свадьбе приготовила. Что-то там с Петькой пошушукались и прямо рванули, но к выходным обещали быть.
– Так они уже у себя дома?
– Да, должны быть.
– Ты даже им не позвонила? – не унималась Светлана.
– Я девушка гордая! – говоря эти слова, Зоя Алексеевна подняла лицо вверх, играя небольшую обиду и тут же добавила: – Так, пару раз позвонила, но они все вне зоны действия, а у нее вообще абонент не абонент.
– Странно, – новости о поездке Петра Игнатьевича заставили Светлану задуматься.
– Свет, внученька, а ты и вправду говорила со своим Обезьяном по поводу свадьбы? И он не против того, чтобы все прошло в моем бывшем доме? – трогательно и грустно спросила Зоя Алексеевна.
– Боюсь, его, как и нас всех, напрягут сроки, но что-нибудь придумаем.
– Уж придумайте! Если что, мы с Лампочкой поможем, да? – Зоя Алексеевна посмотрела на Митьку так, будто от его согласия и вправду что-то зависело.
– Конечно, я готов помочь, тем более что у меня сейчас небольшой отпуск. Возник перерыв между сериалами, могу себе позволить. Кристина работает, так что рассчитывайте на меня.
– Да, – баба Зоя была явно довольна появившемуся предложению, – там и Никитич со своей Клавой-пионеркой помогут.
– Бабушка, а почему пионеркой?
– А ты не помнишь? Так из-за тебя.
– Из-за меня?
– Да.
– Напомни.
– Ты еще была маленькой, только научилась кататься на велосипеде. В тот день нашла два пионерских галстука, которые когда-то в школу носила твоя мать. Один ты повязала себе, а со вторым бросилась к Клавдии, видимо тебя смутил ее малый рост, вот ты и повязала ей пионерский галстук и велела идти с тобой кататься на велосипеде. Она ответила, что не может, тогда ты поинтересовалась, сколько ей лет. Клавдия ответила, что уже за шестьдесят, а ты очень удивленно захлопала ресницами и выдала: «Больше шестидесяти, и ты не выросла? Сколько же мне тогда ждать-то?» С тех пор к моей соседке и прилепилось «Клава-пионерка», она сама всей деревне о том случае и рассказала.
– Мне прямо как-то и неудобно, – сказала Светлана и строго посмотрела на едва сдерживающего смех Митьку. – Так, хорошо с вами, но мне на работу нужно. Сейчас заскочу к себе и, если посчитаешь нужным, подвезу тебя, бабуля, куда скажешь. Еще, Мить, попрошу Арсения в ближайшее время перетащить этот объект, – Светлана кивнула на памятник, – в мою квартиру. Куда ж деваться.
Именно эта фраза «Куда же деваться» вертелась в голове у девушки, когда они вечером вместе с Арсением ехали в дом Ивановых. Обоюдно решили не расстраивать ни Олега Георгиевича, ни Аркадия Петровича, тем более что уже вернувшаяся из поездки в монастырь Людмила Михайловна, со слов Арсения, собиралась с ответным визитом к друзьям молодости с ярким желанием.
Пока Светлана с Арсением были в машине вдвоем, девушка пересказала разговор с бабой Зоей. Арсений ответил, что уже отправил целую бригаду на подготовку усадьбы к торжеству, а по поводу отъезда Петра Игнатьевича только красноречиво вздохнул.
– Знаешь, Сень, я пообещала завтра помочь бабушке с выбором платья. Она в последнее время ведет себя как маленькая девочка.
– Зоя Алексеевна – маленькая девочка? Ну да, ну да, вот уж, а шваброй меня не так давно лупила совсем как взрослая.