-Мы столько вложили в достижение цели не для того, чтобы отказаться от возможности возглавить Империю в последний момент. Я вышла за тебя, пьяницу и бабника, не для того, чтобы молча взирать за тем, как ты превращаешь нашу семью в дерьмо...
-Ну какое дерьмо, дорогая. Это было бы чудесное поместье с видом на горы или океан. Представь: ты, я и дети, и больше никого на много часов лёта кругом. Мы могли бы устраивать пикники, ловить собственными руками рыбу и жарить её - ещё свежую, пахнущую свободой и...
-Энстакс, я вышла замуж за будущего Императора. И никто - повторяю, НИКТО - не сможет этого у меня отнять. Учти, если ты, пройдя Испытание, решишь стать отшельником и отправишься ловить рыбу куда-нибудь на отсталую планету - твоё право. Вот только не жди, что я совершу подобную ошибку или отдам тебе детей. Их место - здесь, они - часть аристократического общества, они в нём выросли и в нём же умрут. Точка.
-Ты не можешь отрицать, что было бы великолепно провести время на природе, насладиться свежим воздухом и...
-Недели на каком-нибудь престижном курорте вполне достаточно, чтобы не вспоминать о «свежем воздухе» ещё пару лет…
***
Энстаксу дурно. Казалось бы: принц, в любой момент может стать Императором, но что-то тянет внутри, напоминая о том, что также он легко может стать и трупом. Если кто-нибудь узнает, что сделала его жена, этом плохо кончится для них обоих. А если суд вспомнит про древние законы Империи, согласно которым наказывать надо всех носителей крови, то пострадают дети. И из-за чего? Из-за ревности глупой женщины?
В поисках свежего воздуха Энстакс распахивает выходящее в небольшой дворик окно. Вид на озеро, в котором отражается полёт облаков, немного помогает. Жёсткие пальцы, до того охватывающие горло, разжимаются. Окна напротив выходят на спальню Шайара, от одной мысли о котором снова становится страшно. Принц помнит его ещё розовощёким карапузом, их разница в возрасте слишком велика для совместных игр. Однако мать всегда поощряла то, чтобы едва начавший ходить малыш сидел за ужином рядом с уже возмужавшим старшим принцем...
Как так получилось, что родившийся на четырнадцать лет позже Шайар до сих пор воспринимается как ребёнок, а Маргон, который младше его на четыре года, стал полноценным соратником по не слишком приличным приключениям? Энстакс морщится, но никак не может вспомнить, когда именно уехал из дворца... ему было... двадцать два? Восемнадцать? Четырнадцать? Нет, когда родился Маргон, он точно ещё был во дворце, к тому же - память услужливо подсовывает моменты общей зрелости... Неужели, он стал настолько стар, что уже не может полагаться на собственную память?
В окне напротив что-то мелькает.
Энстакс прищуривается.
Шитый золотом халат мелькает на фоне кричаще-красного с голубым. Либо брат готовится ко второму этапу Испытания, либо - баронесса торопливо собирает вещи, чтобы покинуть дворец, на сей раз - навсегда. Принц ждёт, и его ожидание вознаграждается чётким ответом: халат смещается в его блеске рассыпаются по плечам короткие тёмные кудряшки Шайара, который...
-Он её трахает, что ли? - бурчит Энстакс себе под нос, а спустя секунду замирает с открытым ртом.
Шайар душит баронессу, свою благодетельницу и вечную помощницу.
Почему? Что внесло разлад в этот, казалось бы, идеальный союз? И почему его никто не оставит, ведь есть же сенсоры и... Ах да, сенсоры.... Сенсоры, которые отключили на время Испытания, чтобы невозможно было узнать, кто жив, а кто - уже встретился с отцом, чтобы объяснить своё поведение...
Золотой халат перестаёт дёргаться, мелькает ещё несколько раз, а потом сквозь открытое окно в небо устремляется чёрный пепел. Принц хмурится и, чтобы не сталкиваться с братом и не выдать своё присутствие, закрывает окно. Ему снова дурно, и, честно говоря, лучше бы он и вовсе не видел ничего подобного...
***
Новая часть Испытания - что-то среднее между разбором бумаг и аналитикой. Это Энстакс понимает, когда слышит возмущённый голос Маргона. Тот может справиться с любой проблемой при помощи оружия, но вот бумажная работа - его совсем не маленькая слабость, способная вывести воина из себя буквально за пару минут.
Что ж, видимо, этот этап окажется не настолько лёгок для Маргона, как предыдущий.
Вспомнив о том, как несколько раз врезался в стекло, Энстакс морщится и импульсивно потирает лоб. Это было тяжело, сложно и непонятно. Транслируемые на экраны картины показали ему собственную свадьбу, рождение младшего сына, несколько особо крупных попоек, которые он наверно хотел бы стереть из памяти... В общем, ничего необычного или странного, даже удивительно, как всегда умевший видеть людей насквозь отец выбрал именно эти моменты. Неужели, думал, что мысли о семье заставят его повернуть обратно?