-Так что у Вас случилось за эти годы?
Энстакс вздрогнул, когда на него покосились с издёвкой во взгляде и тут же отвёл глаза. Внутри почему-то снова зашевелился червячок сомнения. Возможно, вообще не стоило сюда приходить? Плевать на традиции, никто бы не удивился, объяви он, что добровольно отрекается от трона…
Дверь снова хлопнула, на сей раз – гораздо менее громко. Вошедший прищурился, явно привыкая к полумраку комнаты после залитого солнцем коридора, и спросил:
-Вы здесь за тем же, за чем и я?
В этом вопросе сплелось сразу всё: от подозрительности до полноценной угрозы. Энстакс бы вздрогнул, не среагируй его брат раньше. Подорвавшись с места, тот протянул укрытую плотной перчаткой руку. Вошедший в ответ достал из кармана свою крохотную, упакованную блестящий в шёлк ладошку.
-Брат, - вместо приветствия кивнул он Энстаксу и присел на отодвинутый стул, поджав под себя длинные толстые ноги. – Мне казалось, ты не будешь претендовать на трон. К тому же, твоя жена в коридоре выглядит не слишком довольной…
-Что, ещё не угомонилась? – от резкого, немного нахального вопроса, принц вздрогнул, но заставил себя растянуть губы в улыбке. – Выбрали ж тебе жёнушку, Энстакс. Кто только додумался скрестить тюфяк со змеёй?
-Я прошу Вас отнестись уважительно к моей жене, урождённой графине из рода…
-К чёрту твою жену! – уже грубо прервал принца юноша. – И семью её к чёрту! Всех вырежу, если вздумают открыть рот! – он наклонился, рассматривая до сих пор нераспечатанную бутылку вина и, хмыкнув, отставил её в сторону. – Кто хочет выпить за встречу?
-Это сладкое из Центральных Провинций? – вскинулся на своём месте мужчина и Энстакс впервые увидел его достаточно ясно, чтобы понять, что это Шайар, уже давно исчезнувший со всех балов и публичных встреч. Невероятно высокий даже по сравнению с их отцом, он был вынужден задвинуть ноги глубоко под кресло, чтобы никому не мешать. Раздобревшее густо напудренное лицо казалось приделанным к тонкой, почти женской шее, выглядя настоль же нелепо, как и крохотные ладони на длинных плотных руках. Сильно отличаясь от себя в юности, принц Шайар, изучаемый им сейчас, больше походил на чью-то попытку собрать совершенно неподходящие черты в одном человеке. Некогда изящный и подвижный, он заметно располнел, но, если сам Энстакс при тех же проблемах сохранил общую структуру фигуры, этот человек явно не занимается даже банальной зарядкой по утрам. – Я бы не отказался от пары бокалов, в скоростном глайдере ужасно укачивает.
-Да, на флоте ты бы не выжил, - кивнул до сих пор неопознанный юноша и достал из набедренной кобуры для бластера коробочку с прозрачными гранулами. – Одна такая малютка может превратить ведро воды в отличный спирт меньше, чем за минуту! – похвалился он и Энстакс против воли почувствовал себя чуточку роднее с этим странным военным с его широкими плечами и – мужчина сглотнул, завистливо рассматривая брата – мощным прессом. Всё же было в этом человеке что-то такое, своё… - Ладно Шайар, он у нас всегда был неженкой, но ты-то поможешь мне избавить мир от лишней бутылки алкоголя, братец? Помнишь, как мы с тобой когда-то развлекались, открывая десяток бутылок сразу и заставляя парочку служанок определять, какой кубок чем наполнен? – Энстакс пошевелил мозгами, но те ответили лишь новой волной головной боли. Меж тем, спрашивающего это ничуть не смутило: нахмурившись, он словно сам у себя уточнил: - Или это было не с тобой, а с Клодиусом? Ох, нельзя так много времени проводить вне столицы, можно совсем отвыкнуть от роскоши и возможности выпить с дорогим братом!
-Маргон, хватит, твоя бравада излишня!
Энстакс украдкой перевёл дух, сам удивляясь тому, как умудрился не узнать Маргона, с этой его извечной привычкой бросаться пробивать головой каменные стены приличий и неумением держать себя в руках. Теперь, названный своим именем, он разом стал ещё роднее. Принц и правда вдруг вспомнил, как они напивались и бегали по дворцу, пугая слуг, но решил не сообщать об этом вслух. Ведь, если посмотреть здраво, не было ничего достойного в пустом задирании юбок служанок и непомерной тяге к алкоголю.
Он тряхнул головой, недовольным тем, насколько громко голос жены прозвучал в голове. Энстакс за эти годы привык полностью подчиняться её желаниям и, если сначала они были вполне приятны («нам нужны наследники»), то в последнее время та всё чаще была недовольна его «неосмотрительным поведением». Что именно было неправильным в поведении, которое она до этого считала милым и «удивительно непринуждённым», женщина объяснить не могла. Однако в чужую голову залезть сумела, так что теперь иногда он не мог точно определить, думает он так потому, что сам решил, или потому, что так НАДО думать.