Нет, Женьке не хотелось выныривать из вязкой темноты, в ее объятиях она чувствовала себя как в колыбели — спокойно и безмятежно. Никаких волнений, никаких страхов, никаких льв... Когда до смутного Женькиного сознания наконец дошло что происходило совсем недавно...когда туча брызг вдруг оросила ее лицо...Женя распахнула глаза и мгновенно села.
- Ну вот что ты делаешь? Зачем водой прыскал?
- Зато, Тибо, она хоть в сознание пришла. Скажи мне лучше спасибо.
- Ладно, брат, отойди. - Тибальд присел рядом с Женей на корточки. - Женечка, Вы как себя чувствуете?
- Как я себя чувствую? - Женькин голос был каким-то хриплым, чужим. - Меня чуть лев не съел!
По комнате прошелся ропот, Женя расслышала даже пару смешков. Они что, издеваются? И почему тут опять весь табор собрался? Цирк да и только!
- Женечка, посмотрите на меня. Женя. - Женька перевела взгляд на Тибальда. Его глаза что, тоже смеялись?! - У нас нет львов. Только тигры. Ни одного льва.
- Как это? Ни одного?
- Вообще.
- Нет, лев был. Точно был! Он прыгнул на меня...
- Женя, я нашел Вас в помещении для хозинвентаря. Оно такое маленькое, что льву там и не поместиться. Да и что ему там делать?
Женька вскочила на ноги, ее немного зашатало, но Тибальд бережно подхватил под локоть.
- Так значит львы у тебя все-таки есть?
- Да нет львов, Женя.
Женьке хотелось немедленно испариться из этого места, никого не слушать, не слышать этот бесконечный ропот родственников. Она высвободила локоть из руки Тибальда и направилась к выходу.
- Женя! Подождите. Я отвезу Вас домой. - Голос Тибальда звучал расстроено, даже обреченно.
- Спасибо, я сама доберусь.
Женя продиралась сквозь толпу братьев, братских жен и детей; они цокали языком и качали головами. Перед самым выходом стояла Роза. Она тоже была расстроена. Нет, если бы Женька в этот момент все еще не находилась в незамутненном сознании, она бы прочла этот взгляд как разочарованный.
- Малахольная, - прозвучало из уст Розы тихо, уже в Женькину спину. Но сама Женя этого уже не слышала.
***
Руки все еще дрожали, когда Женя пыталась вставить ключ в замочную скважину. Никак не получалось! Поэтому в итоге в квартиру хозяйка попала с помощью Сунь Укуна. Он просто распахнул дверь, а Женька на слабых ногах ввалилась прихожую. Правда одновременно она еще ввалилась и в объятия самого мужчины. Он автоматически придержал, немым вопросом уставившись на реющего тут же прислужника. Тот тоже ничего не понимал.
- Почему, почему Вас не было рядом? Вы же обещали быть рядом всегда. Обещали же? - Женька вцепилась в Сунь Укуна как утопающий в бревно. В том смысле что утопающий еле держался на ногах от пережитого стресса, а бревно ничего не понимало в тонкой женской душе. Женя поглядела вверх такими несчастными глазами! Укун смотрел вниз своим карамельно-карим взглядом, и сердце у него отчего-то сжималось — сладко и болезненно одновременно. - Обещали, говорю?
Сунь Укун кивнул. Женька тяжко вздохнула и снова прижалась щекой к царской груди.
- Вы обманули меня. А меня, знаете, чуть лев не съел. Я так испугалась.
Прислужник ахнул, Женька опять вздохнула, Сунь Укун... хохотнул.
Хохотнул?!
Это что сейчас, смешочек был? Серьезно?
- Вы смеетесь? Вам смешно? Ну конечно, тогда и желания исполнять не надо. Замечательно, да?
У Женьки даже почти что слезы навернулись от своей горькой возможной судьбы.
- Я был рядом.
- Но Вы не отвечали.
Сунь Укун горделиво выпрямился. Грудь колесом. Женька чуть не отлетела от такого колеса в подъезд.
- Одно из моих многочисленных умений — превращение.
Женя сначала не поняла при чем тут очередное царское хвастовство. А потом как поняла!
Ее взгляд, обращенный на Сунь Укуна, был испепеляющим.
Убийственным.
Атомным.
Сейчас те, кто находится пред этими карающими лазерами, превратятся в ничто.
...И вдруг из больших голубых, мерцающих огнем глаз, выкатились две слезы.