— Сказал, мой фюрер, но это в том случае, если мы не будем действовать. Но я не собираюсь смотреть на безнаказанное избиение румын — все необходимые меры уже предприняты. Нужно время для переброски резервов, и наши многократно битые союзники нам его предоставили. Видите ли — маршалу Кулику придется брать оперативную паузу, его армии продвинулись от Южного Буга на триста-четыреста километров, в такой ситуации тылы отстанут даже у нас, хотя наши службы снабжения действуют намного более эффективно, чем у русских. К тому же наступает оттепель, обычное дело в тамошних краях, так что сами по себе маневренные действия будут серьезно ограничены. Этого более чем достаточно…
— Я удивляюсь вашему спокойствию, Хайнц, — Гитлер быстро подошел к Гудериану, ухватив фельдмаршала за воротник мундира, и пристально глядя прямо в глаза. Но гипнотический взгляд «отец панцерваффе» спокойно выдержал, привык как-то. — Объяснитесь!
— Чтобы вести наступление на одном участке огромного театра военных действий, мы неизбежно ослабляем другое направление, это и произошло. Наше наступление в Испании ничто иное, как попытка перехватить стратегическую инициативу в войне, разгромить войска союзников, развязать руки с западным направлением — и это практически удалось. Мы уничтожили не менее семи дивизий союзников, и еще столько же испанских — это половина королевской армии. Но сейчас также остановили продвижение измотанных беспрерывным наступлением войск. В этом и заключается здравый расчет маршала Кулика, на мой взгляд, он просто выжидал этого момента, когда мы и американцы измотаем друг друга в боях. Но не собирается давать нам время на уничтожение экспедиционных войск англосаксов, спасает их, что говорит о согласованности общего плана войны между Москвой, Вашингтоном и Лондоном. А нам следует делать то, что делали, и не вносить никаких изменений в разработанный план кампании — мы должны избавиться от западного фронта, даже если нам потребуется оставить половину Румынии русским. Допускаю также и то, что большевики смогут продвинуться и на западном направлении, они ведь зимой наступают везде, и то, что притихли в Белоруссии и Курляндии, и пока вяло воюют на Украине, тому свидетельство. Просто в данный момент они ведут наступление силами танковых войск, и скоро начнут операции против армий фельдмаршала Роммеля. Их план войны стал понятен, цели определились — Плоешти и Киркук. Лишить нас нефти, после чего в течение полугода, максимум года, победить без особых проблем.
— И вы спокойно так рассуждаете, когда требуется быстрая переброска всех имеющихся резервов для организации контрнаступления. В штабе ОКХ считают, что мы должны остановить действия на западном направлении…
— Безмозглые тупицы, этого и добиваются наши враги, мой фюрер! Они хотят навязать нам свою волю, заставить дергаться, начать переброску танковых армий с запада на восток, в результате чего панцерваффе вообще будут выключены из хода боевых действий, и не принесут пользы ни там, ни там. А все эти бараны из ОКХ живут прежними представлениями о возможности быстрой переброски войск по железной дороге, исходя из опыта прошлой войны. Мы не сможем это сделать быстро, как хотелось бы, мой фюрер, лучше потерять половину Румынии, зато выиграть столь нужное время. Надо скинуть союзников в Атлантику, и перетопить их там. И лишь развязав себе руки на западе, начать перевозки панцер-дивизий на восток. И тогда нанести сокрушительный удар, разом вернуть все утраченное этой зимой и перехватить стратегическую инициативу.
Гудериан взорвался, именно такие суматошные действия, с желанием удержать захваченные территории на востоке в ущерб замыслам стратегии, бесили его больше всего. И он не сомневался, что именно Гитлер исходя из собственных политических расчетов, и начал эту нездоровую суету. Но собрался, и заговорил тише, даже доверительно.
— Пока нужно терпеть, мой фюрер, как можно дольше терпеть, тем более линия фронта значительно сократилась. Предложение Моделя занять «Фокшанские ворота» здравое и своевременное — стокилометровое пространство легко перегородить десятком свежих дивизий, которые как раз по приказу Антонеску туда выдвигаются. А мы их подкрепим нашими войсками — туда отправлены две танковых и три панцер-гренадерских дивизий, последние только недавно переформированы. Надо подтянуть турок и болгар — пусть затыкают дыру и вносят свою лепту. Драться, как можно дольше держать удобную позиции, обойти которую невозможно — с одной стороны предгорья Карпат, с другой незамерзающий Дунай с его плавнями. Не нужно бояться и десантов — у русских закончились парашютисты, за две высадки мы почти полностью их истребили. И те танки, что идут на Яссы, фактически на остатках бензина в баках. К чему проявлять нервозность, мой фюрер, ну еще продвинется немного противник к югу, и что? Надо просто успокоить впавших в истерику румын — летом мы им вернем все утраченное.