«Король-комсомолец» со своей матерью — Михай I самый юный среди всех кавалеров ордена «Победа», ведь формально именно он являлся главнокомандующим румынской армией, и при этом ухитрился пробыть монархом в стране в период формирования в ней коммунистической диктатуры…
Глава 22
— Полковник Григулеску, откуда вы явились? Неужели прорвались от самого Днестра? Нам говорили, что ваш корпус попал в окружение и разгромлен, а солдаты и офицеры, перебив немцев, сдались русским в плен. Причем вы были одним из первых — но я не верю этим слухам.
Молодой король с удивлением посмотрел на зашедшего вместе с генералом Санатеску офицера, в отглаженной форме, чисто выбритого, благоухающего одеколоном. Как-то он не походил всем своим внешним видом на военного, только что вырвавшегося из сражения и к тому же отступившего от Южного Буга до Бухареста чуть ли не тысячу километров, если считать избитые дороги со всех их изгибами, и падающий с неба мокрый снег. И где красные от постоянного недосыпания глаза, задерганные движения смертельно уставших от войны людей. У короля возникло стойкое ощущение, что полковник хорошо отоспался, отъелся на блюдах приличной кухни, помылся в бане и вообще провел несколько дней в санатории, окруженный там неустанной заботой внимательных и услужливых горничных.
— Ваше величество, это не слухи, это правда, — полковник поклонился с достоинством, отнюдь не пряча взгляда. — Еще позавчера я был в Одессе и имел беседу с маршалом Куликом, который передал для вас свое личное послание, собственноручно написанное их высокопревосходительством при мне, и запечатанное в конверт. Вот оно, мой король!
Полковник извлек из кармана кителя небольшой конверт, и с поклоном протянул его королю. Тот, пребывая в некоторой растерянности от такой искренности, машинально спросил, взяв послание:
— Так вы были в плену, полковник? И как вы попали сюда!
— Всего сутки, ваше величество. Потом стал «гостем» советского главнокомандующего — меня доставили в Одессу, в штаб маршала Кулика, который удостоил меня встречами, их было три, мы долго говорили. Он мне сразу предложил отправиться в Бухарест к вашему величеству с его личным посланием, но вначале спросил, умею ли я прыгать с парашютом. Я ответил, что не приходилось, и он, усмехнувшись, произнес, что это несложно исправить — целых три дня мне отвели на нетягостное обучение. И вчера ночью неподалеку от нашей столицы я выпрыгнул из самолета с группой русских офицеров, все благополучно приземлились. Нас встретили румынские офицеры и солдаты, как я понял, являющиеся сторонниками коммунистов. Русские товарищи остались с ними, а меня доставили прямиком в собственный дом, где я сегодня утром встретился с их превосходительством.
Полковник чуть поклонился генералу, и выпрямился, спокойно глядя на монарха. А тот медленно размышлял над рассказом, весьма походившим на правду. О предательстве речи уже не шло, все встало на свои места. Полковник просто стал вестником от одного правителя к другому, если новорить образно. Продолжая держать запечатанный конверт, Михай спросил о маловажном, но значимом для него, уточняя детали:
— С какого аэродрома вы вылетели, и на каком самолете?
— Из Одессы в Болград, там русские заняли аэродром, и перебрасывают на него свою авиацию — там стояли двухмоторные американские бомбардировщики и русские истребители. Летели на одномоторном транспортом биплане, каких много в русской авиации — их широко используют при выброске десантов. Выбросили нас с небольшой высоты в тридцати километрах северо-западнее Бухареста, на земле нас уже ожидали, судя по всему, была радиосвязь и подсветка фарами трех автомобилей.
— Русские хорошо проводят подобные операции, у них громадный опыт и большая агентура в нашей стране, о чем ваше величество хорошо знает, — негромко произнес генерал Санатеску. Еще бы не иметь агентуры, если три министерских поста в будущем правительстве уже отведено коммунистам, которые непосредственно участвуют в заговоре. И это при том, что в стране бесчинствуют жандармы Антонеску и германская тайная полиция гестапо. Вот только значительная часть румынских политиков и военных уже сообразили, что произойти может в ближайшие недели, и лихорадочно ищут пути к спасению страны, и альянс с находящимися в подполье коммунистами неизбежно произошел. Да что там — он сам, король Румынии в этом союзе принимает активное участие, отведя для этого заговорщикам два своих поместья, где обеспечением безопасности занимается дворцовая полиция.